Образец ходатайства об исключении недопустимого доказательства — протокола осмотра места происшествия

Опубликовано 24 Янв 2017. Михаил Пуртов

Образец ходатайства об исключении недопустимого доказательства — протокола осмотра места происшествия

Автор данного ходатайства продолжает выполнять принятое по договору на оказание правовой помощи поручение на защиту охраняемых законом прав и интересов заместителя начальника ОУР Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, майора полиции Андрея Ходака.

  • Следственное управление СКР
    по ХМАО – Югре
    628007, г. Ханты-Мансийск,
  • ул. Мира, 120

Руководителю
следственного органа,
генерал-майору юстиции
А.Ф. Сынгаевскому
Ходатайство

  1. «О признании протокола места происшествия недопустимым доказательством»
  2. Уважаемый Аркадий Филиппович!

Автор данного ходатайства продолжает выполнять принятое по договору на оказание правовой помощи поручение на защиту охраняемых законом прав и интересов заместителя начальника ОУР Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, майора полиции Андрея Ходака.

Поводом и основанием для обращения доверителя в Коллегию адвокатов послужило решение следователя СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре, майора юстиции Дмитрия Шадрина возбудить 02.01.2017 уголовное дело в отношении него за якобы «допущенное» им квалифицированное превышение служебных должностных полномочий, а именно «нанесение» побоев и «применение» спецсредств к потерпевшему Сологубу А.Е.

Что же касается самого подзащитного, то он категорически и мотивированно отрицает какую-либо свою причастность к совершению инкриминируемого ему должностного преступления.

Полагая, что уголовное преследование производится следственным органом явно необоснованно и незаконно, защита направила аргументированную жалобу в адрес прокурора ХМАО – Югры Евгения Ботвинкина, мотивированное ходатайство следователю Дмитрию Шадрину, заявление на имя начальника Управления МВД России по ХМАО – Югре Василия Романицы, однако ни от одного из них ответа не получено (копии обращений прилагаются).
В связи с этим вынужден обратиться с аналогичным ходатайством во вверенное Вам для руководства ведомство.

Так, днём 28.12.2016 следователь СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре, майор юстиции Дмитрий Шадрин до возбуждения уголовного дела произвёл следственное действие в виде осмотра места происшествия, т.е. дежурной части Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, из которой были изъяты системный блок компьютера и рабочая документация этого подразделения органа внутренних дел.

Данное следственное действие следователь оформил протоколом, в котором указал только себя и начальника отделения тылового обеспечения указанного выше органа внутренних дел, майора полиции Шамиля Касимова, самолично присвоив ему звание «специалиста» (копия прилагается).

По реальной и состоятельной версии защиты, данный протокол проведённого следственного действия необходимо признать недопустимым доказательством, т.к. он получен с грубыми нарушениями законности, т.е. требований УПК РФ.

Так, фактически изъятие (выемка) системного блока компьютера с жёстким диском, на который и производилась видеозапись, произошло днём 28.12.2016 в присутствии прокурора г. Пыть-Ях Александра Ерёменко, руководителя СО по г.

Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре Романа Фролова, оперативного дежурного Дмитрия Калугина, начальника ОТО этого же органа внутренних дел Шамиля Касимова и начальника Отдела МВД России по г.

Пыть-Ях Эдуарда Байдакова; однако в протоколе подписи этих участников отсутствуют, за исключением подписи начальника отделения тылового обеспечения.

Данное обстоятельство достоверно подтверждает в своём объяснении, полученном в порядке ст.ст. 53 и 86 УПК РФ, оперативный дежурный Дмитрий Калугин.

Это же обстоятельство подтверждено и в ответе из Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, начальник которого Эдуард Байдаков сообщает, что протокол следственного действия (ОМП или выемки) от 28.12.2016 не оформлял, поэтому у них и нет копии такого процессуального документа.

Однако, согласно требованиям ст. 166 УПК РФ, любое следственное действие должно оформляться письменным протоколом с обязательным указанием всех участников.

Более того, согласно требованиям ч.ч. 6 и 7 ст. 166 УПК РФ, протокол должен не только оформляться, но и предъявляться для ознакомления всем участникам следственного действия, о чём они должны сделать в этом документе свои подписи, чего не было выполнено.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия произведено изъятие (выемка) системного блока компьютера и рабочей документации дежурной части, постольку, согласно требованиям ч.

16 ст. 182 УПК РФ (а выемка производится по правилам этой нормы закона – ч. 2 ст.

183 УПК РФ), постольку следовало полностью воспроизвести все файлы и содержание письменных носителей информации, чего так же не было сделано.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия производилось изъятие (выемка) электронных носителей информации, постольку следовало привлечь к усчастию специалиста, но и в этом случае требования п. 9.1 ч. 2 ст. 182, п. 3.1 ч. 2 ст. 183 УПК РФ не были выполнены.

Участие Шамиля Касимова в изъятии системного блока компьютера неправомерно, т.к. он не обладает знаниями в области компьютерно-информационных технологий.

Кроме этого, согласно требованиям ч. 1 ст. 170, п. 9.1 ч. 2 ст. 182, ч. 1 ст. 183 УПК РФ, в проведении данного следственного действия должны были участвовать не менее двоих понятых, но и эти нормы закона не были выполнены.

Ссылка в протоколе на положения ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ как на «оправдание» отсутствия понятых явно несостоятельна, т.к. в этой статье сделано исключение для нормы ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ, где участие понятых обязательно.

Далее, согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, при осуществлении уголовного судопроизводства должна соблюдаться законность, а любое действие следователя должно быть мотивированным, обоснованным и законным.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства (ст. 74 УПК РФ), полученные с нарушением УПК РФ, должны признаваться недопустимыми, не имеющими никакой юридической силы, а их использование прямо запрещено ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст.ст. 53, 119-122 УПК РФ,

Прошу:

1. Вынести постановление (п. 25 ст. 5 УПК РФ), которым признать протоколы допросов потерпевшего Сологуба А.Е., свидетеля (потерпевшего) Чечулина А.В. необоснованными недостоверными доказательствами; системный блок компьютера с жёстким диском и рабочую документацию, изъятые днём 28.12.2016 из дежурной части Отдела МВД России по г. Пыть-Ях – недопустимыми доказательствами;

2. Сообщить о принятых решениях.
Приложение: 1. Копия жалобы прокурору; 2. Копия жалобы начальнику
УМВД России по ХМАО –

Югре.

С уважением, адвокат: (М.Ф. Пуртов)

Каталог статей

  • Образец ходатайства об исключении недопустимого доказательства — протокола осмотра места происшествия                                            В ______________ районный суд г. Самары
  •                                                    от ___________________________________
  •                                                    проживающего по адресу: г. Самара,
  •                                                    ул. ____________________________              
  • Ходатайство
  • В вашем производстве находиться дело об административном правонарушении по части _______ статьи _______ КоАП в отношении _______________________.
  • К материалам указанного дела приобщен документ  Схема места ДТП _________________.

В соответствии с пунктом 118 Административного регламента от 02.03.2009г. №185 при необходимости изложить дополнительные сведения, которые могут иметь значение для правильного разрешения дела об административном правонарушении, сотрудник, выявивший административное правонарушение, составляет подробный рапорт и (или) схему места совершения административного правонарушения (приложение N 7 к Административному регламенту), которые прилагаются к делу.

Схема места совершения административного правонарушения подписывается сотрудником, ее составившим, и лицом, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении. В случае отказа указанного лица от подписания схемы в ней делается соответствующая запись.

Я со Схемой места дорожно-транспортного происшествия от ________ ознакомлен не был. Этот факт подтверждается отсутствием моей подписи в данном документе. Не ознакомление меня с данным документом является нарушением требований статьи 25.1 КоАП РФ. 

В соответствии с ч. 3 ст. 26.2 КоАП не допускается использование доказательств полученных с нарушением закона.

  1. В связи с указанным,
  2. прошу:
  3. — признать документ ________ полученным с нарушением закона;
  4. — исключить документ ________ из доказательной базы по делу об административном правонарушении по части _______ статьи _______ КоАП в отношении _______________.
  5. ___________/_______/
  6. «___»__________20___г. 

Для дополнительных разъяснений по порядку заявления ходатайств всегда обращайтесь к автозащитнику. Консультация автоюриста – бесплатная.

  • Из судебной практики:
  • РЕШЕНИЕ
  • по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении
  • 22 января 2016г.                                                                                                   
  • Ленинский районный суд в составе:
  • председательствующего судьи …
  • при секретаре …

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу … … на постановление мирового судьи судебного участка № Ленинского судебного района о привлечении к административной ответственности … … по ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ к административному штрафу в размере рублей,

УСТАНОВИЛ:

…а … обратилась в Ленинский районный суд с жалобой на постановление мирового судьи судебного участка № Ленинского судебного района о привлечении ее к административной ответственности по ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ в виде штрафа в размере рублей.

В обосновании жалобы указала, что вопреки требованиям Административного регламента МВД РФ схема места совершения административного правонарушения не составлялась и не прикладывалась к материалам дела. Пояснения … …

о том, что ей инспектором ДПС была показана видеозапись через стекло патрульного автомобиля, где она увидела окончание своего маневра, не подтверждает наличие в действиях состава административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 12.15 КоАП РФ.

Кроме того, по мнению заявителя, сотрудниками ДПС умышленно была приложена к материалам дела посторонняя видеозапись, так как настоящая видеозапись маневра … … подтвердила бы отсутствие в ее действиях состава административного правонарушения.

Неверным полагает вывод мирового судьи о том, что показания свидетеля …. опровергаются установленными по делу обстоятельствами, поскольку не указывается какими именно.

Ссылаясь на изложенное, просит постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ отменить, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения.

…а … и ее представитель в судебном заседании поддержали доводы жалобы в полном объеме. …а … также уточнила, что совершала обгон в соответствии с Правилами дорожного движения в разрешенном месте. Виновной себя никогда не признавала.

Допрошенный в качестве свидетеля … в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он вместе с … … ехал на автомобиле «…» по трассе М-5. За рулем находилась …а … Обгон совершили после знака, разрешающего обгон. Никаких знаков, запрещающих обгон, не было.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, обозрев видеосъемку, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ административным правонарушением признается выезд в нарушение Правил дорожного движения, дорожных знаков или разметки, на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 12.15 КоАП РФ.

Читайте также:  Семейные споры - раздел имущества

Из пояснений … … следует, что она дорожных знаков не нарушала, обгон совершила в разрешенном месте. Аналогичные показания дал и свидетель …

Как следует из протокола об административном правонарушении, …а … с указанным протоколом была не согласна, о чем сделала собственноручную запись, указав также, что обгон начала заблаговременно до начала моста, на видео просматривается конец маневра. Обгон был начат строго после знака «обгон разрешен».

Согласно указанного протокола …а … управляла автомобилем … №, г/н №.

Из видеосьемки, приобщенной к материалам дела и просмотренной в ходе судебного заседания, невозможно сделать вывод о выезде водителя … …

в нарушение Правил дорожного движения, дорожных знаков или разметки, на полосу, предназначенную для встречного движения, поскольку на видео зафиксирован иной автомобиль – Рено, в то время как …а … управляла автомобилем ….

Принимая во внимание изложенное, из видеосъемки невозможно установить, что …а … нарушила Правила дорожного движения.

Пояснения … … о том, что на просмотренной ею видеозаписи, представленной инспектором ДПС, она видела окончание своего маневра обгона, не равнозначно признанию ей своей вины, поскольку она никогда не утверждала, что видела на видео факт нарушения ПДД.

Кроме того, вопреки требованиям КоАП РФ и Административного регламента МВД РФ, схема административного правонарушения не составлялась, осмотр места совершения правонарушения и замеры не производились.

Документ, представленный в качестве схемы места совершения административного правонарушения, в действительности таковым не является, поскольку представляет собой схему трассы с указанием дислокации дорожных знаков и разметки.

Вызываемые неоднократно сотрудники ДПС ГИБДД, составившие административный материал в отношении … …, в судебные заседания не явились, каких-либо письменных пояснений и надлежащей видеозаписи с участием автомобиля …, под управлением … …, суду не представили.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что доказательств, объективно свидетельствующих о том, что …а … совершила выезд на сторону дороги, предназначенной для встречного движения, не представлено.

В силу положений ч. 1 и ч.4 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При таких обстоятельствах суд считает, что выводы мирового судьи о наличии состава административного правонарушения в действиях … … являются не верными.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ. подлежит отмене, а производство по делу об административном правонарушении в отношении …аой … по ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ прекращению в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

На основании изложенное, руководствуясь п.3 ч.1 ст. 30.7 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № Ленинского судебного района от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении к административной ответственности … … по ч.4 ст. 12.

15 КоАП РФ к административному штрафу в размере рублей, — отменить, а производство по делу – прекратить за недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, то есть на основании п.3 ч.1 ст. 30.7 КоАП РФ.

  1. Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Ленинский районный суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии решения.
  2. Судья:             /подпись/                                         …
  3. Копия верна.
  4. Судья.
  5. Из судебной практики (схема признана доказательством полученным с нарушением закона):
  6. Р Е Ш Е Н И Е

г. Оренбург 21 сентября 2011г.

  • Суд Центрального района г. Оренбурга в составе:
  • председательствующего судьи ….
  • с участием представителя лица, в отношении которого ведется административное расследование …

лица, в отношении которого ведется административное расследование …

при секретаре …

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу … ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца гражданина , проживающего по адресу: , на постановление мирового судьи судебного участка № Центрального района г. Оренбурга ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, суд

У С Т А Н О В И Л:

ДД.ММ.ГГГГ в отношении … был составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому 13.06.2011г. в 15 часов 30 минут на … км. трассы Москва-Челябинск …

управляя автомобилем государственный регистрационный знак , в нарушение п. 1.

3 ПДД РФ, в зоне действия знака «Обгон запрещен», при совершении обгона, выехал на сторону дороги, предназначенной для движения встречных маршрутных транспортных средств и был остановлен сотрудниками ГИБДД.

Постановлением мирового судьи судебного участка № ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ … был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортным средством на срок четыре месяца.

На данное постановление …ым В.А. была подана жалоба, в которой последний просит постановление мирового судьи судебного участка Центрального района г. Оренбурга ФИО5 от ДД.ММ.

https://www.youtube.com/watch?v=3VBwe63wFv4

ГГГГ отменить и административное дело прекратить за отсутствием состава административного правонарушения.

Утверждает, что он не был извещен должным образом о дне судебного заседания, в связи с чем, был лишен возможности защиты своих интересов, считает, что отсутствует его вина в совершении данного правонарушения.

В судебном заседании … доводы жалобы поддержал и просил постановление мирового судьи отменить, дело производством прекратить, за отсутствием в действиях … состава правонарушения.

Допрошенный в судебном заседании … в полном объеме поддержал доводы жалобы и мнение его представителя Литовченко С.В., показав, что ДД.ММ.

ГГГГ, управляя автомобилем государственный регистрационный знак он не обгонял микроавтобус, а опережал его без выезда на полосу встречного движения, микроавтобус двигался практически по обочине с маленькой скоростью не более 10 км/ч, кроме того, знак был закрыт для обзора и увидеть его было сложно. Данные обстоятельства он не мог пояснить мировому судье, т.к. не был извещен о дне слушания дела.

Суд, выслушав заявителя … и его представителя, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что постановление, вынесенное мировым судьей, подлежит отмене по следующим основаниям.

В подтверждение вины … в совершении правонарушения сотрудники представили протокол об административном правонарушении, объяснение сотрудника ДПС ФИО6 и схему.

Согласно протоколу об административном правонарушении, 13.06.2011г. в 15 часов 30 минут на … км. трассы Москва-Челябинск … управляя автомобилем государственный регистрационный знак , в нарушение п. 1.

3 ПДД РФ, в зоне действия знака «Обгон запрещен», при совершении обгона, выехал на сторону дороги, предназначенной для движения встречных маршрутных транспортных средств и был остановлен сотрудниками ГИБДД

Из объяснений сотрудника ДПС ФИО6 следует, что он полностью подтверждает обстоятельства, указанные в протоколе, а именно, то, что 13.06.2011г. в 15 часов 30 минут на … км. трассы Москва-Челябинск им был остановлен …

, который, управляя автомобилем государственный регистрационный знак , в нарушение п. 1.

3 ПДД РФ, в зоне действия знака «Обгон запрещен», при совершении обгона, выехал на сторону дороги, предназначенной для движения встречных маршрутных транспортных средств (л.д.6).

Анализируя, как доказательства вины …, вышеуказанные доказательства – протокол об административном правонарушении и объяснения сотрудника ДПС, суд обращает внимание на тот факт, что указанные доказательства фактически составлены одним и тем же лицом – сотрудниками ДПС, задержавшими …, как правонарушителя. В связи с чем, суд не может расценивать их, как совокупность доказательств.

Далее, в материалах дела представлена схема. Анализируя представленный документ, суд отмечает, что он не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам. Так, в схеме, в нарушение ст.26.6 КоАП РФ и 26.

7 КоАП РФ, не указано: кто (фамилия, должность) составлял ее, место составление схемы, место зафиксированного нарушения.

Кроме того в схеме обозначена разметка на проезжей части в виде сплошной линии, и в то же время, имеет место запись о том, что на момент нарушения, дорожная разметка отсутствует, что ставит под сомнение достоверность и относимость отраженных в схеме обстоятельств.

Понятые для составления схемы сотрудниками ДПС не привлекались, водитель транспортного средства автомобиля государственный регистрационный знак , который, как указано в протоколе об административном правонарушении, обгонял …, управляя автомобилем, в качестве свидетеля не допрашивался. Восполнить указанные пробелы в настоящее время суду не представляется возможным.

Одновременно заявитель … утверждает, что им не нарушались правила дорожного движения, он не совершал обгон и не выезжал на полосу встречного движения.

В подтверждение своих доводов заявитель представил свидетелей ФИО7 и ФИО8

Из пояснений свидетеля ФИО9. следует, что 13.06.2011г. она совместно с супругом и свекровью ФИО10 на автомобиле государственный регистрационный знак ездили к своим родственникам. На … км.

трассы Москва-Челябинск … управляя автомобилем совершении объезд микроавтобуса, не выезжая на сторону дороги, предназначенной для движения встречных транспортных средств.

Однако они были остановлены сотрудниками ГИБДД.

Аналогичные пояснения в судебном заседании дала свидетель ФИО8, о том, что на … км. трассы Москва-Челябинск ее сын … управляя автомобилем совершении объезд микроавтобуса, не выезжая на сторону дороги, предназначенной для движения встречных транспортных средств. Однако они были остановлены сотрудниками ГИБДД.

Анализируя показания свидетелей ФИО9 и ФИО10, суд отмечает, что они полностью согласуются с показаниями заявителя.

Надлежащими доказательствами опровергающими показания заявителя … и свидетелей ФИО9 и ФИО10, суд не располагает, о чем выше приведен анализ доказательств.

Обсуждая доводы заявителя о том, что он не был надлежащим образом извещен мировым судьей о дне слушания дела, суд находит их обоснованными. Так, в материалах дела представлен список регистрируемых партионных почтовых отправлений от 13.07.2011г., где под номером № указана фамилия …

и его адрес, однако содержание отправляемой корреспонденции не указывается. Кроме того, в материалах дела, в нарушение ст.29.

4 КоАП РФ, отсутствует постановление мирового судьи о принятии дела к своему производству, где указывается время назначения рассмотрения дела и указание о вызове в судебное заседание лиц.

Анализ всех выше представленных доказательств свидетельствует об отсутствии у суда достаточных, надлежащих доказательств виновности … в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, в связи с чем дело производством подлежит прекращению.

Читайте также:  Наследование права аренды земельного участка: пошаговая процедура

При таких обстоятельствах суд находит жалобу …, на постановление мирового судьи судебного участка № Центрального района г. Оренбурга ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, законной и обоснованной, а постановление подлежащим отмене.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.9 КоАП РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Жалобу … на постановление мирового судьи судебного участка № Центрального района г. Оренбурга ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка № Центрального района г. Оренбурга ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ о признании … виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ отменить.

Дело производством в отношении … по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ прекратить за отсутствием в действиях … состава административного правонарушения.

Решение суда вступает в законную силу немедленно и обжалованию не подлежит.

Судья

Признание доказательств недопустимыми в уголовном процессе, на примере одного дела. "Эффект домино"

Эта статья является продолжением публикации — Праворуб: Адвокатская «рыбалка» или как ловить следователя «на живца» В этой публикации мне хотелось бы поднять важный вопрос для адвокатов, осуществляющих защиту по уголовному делу. Это вопрос о правильном моменте заявления ходатайства защитниками о признании доказательств недопустимыми, и их исключения.

На  Праворубе этот вопрос уже обсуждался здесь и в кулуарах.

Коллегами высказывалось несколько мнений относительно этого вопроса. В частности, что это нужно делать:

  • на предварительном слушании;
  • с момента заявления государственным обвинителем ходатайства об исследовании конкретного доказательства и до его фактического исследования судом;
  • после исследования судом доказательства.

Заслуживает внимание и позиция, согласно которой момент заявления ходатайства об исключении доказательства, должен выбираться избирательно (в том числе, учитывать вид судебного производства), исходя из тактических целей, которые защита желает достичь в конкретном случае. Я являюсь сторонником последнего мнения, и хочу аргументировать его на примере ранее упомянутого уголовного дела. Напомню, что в первый раз суд вернул дело прокурору по причине неразрешенного отвода следователю, а во второй, в связи с нарушенным правом на защиту обвиняемого, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.

Ходатайства о возвращении дела прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, заявлялись нами в ходе предварительных слушаний. Мы преследовали цель максимального затягивания начала рассмотрения дела по существу в суде.

В качестве альтернативы рассматривался так же вариант подготовки ходатайства об исключении недопустимых доказательств, связанных с указанными нарушениями: постановления о привлечении в качестве обвиняемого, протокола допроса обвиняемого, протокола ознакомления с материалами дела, обвинительного заключения. В связи с этим, подлежал разрешению вопрос о том, могут ли быть вышеупомянутые процессуальные документы признанны недопустимыми доказательствами?

Как следует из содержания ст.

74 УПК РФ:«доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».Исходя из смысла этой статьи УПК РФ, указанные процессуальные документы вроде бы и не несут самостоятельного доказательственного значения, а только являются итоговыми актами следствия.

Однако, Верховный Суд РФ толкует понятие «доказательства» в несколько расширенном контексте, ссылаясь на п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, где в качестве источников доказательств предусмотрены и «иные документы».

Так, например, кассационная коллегия Верховного суда РФ в определении от 27 апреля 2011 г. по делу N 60-О11-СП, указало, что:

Аналогично председательствующий, в нарушение п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, прервал исследование государственным обвинителем иных документов: постановления о приобщении к делу вещественных доказательств — краболовных судов и запроса о предоставлении информации, находящихся на л.д. 252 в томе N 88, л.д.

192 в томе N 9, указав присяжным заседателям на то, что эти материалы не являются доказательствами (лист протокола 125). Председательствующий, в нарушение требований ст. 244 УПК РФ, поставил сторону обвинения в неравное положение с защитой, что не способствовало принципу состязательности сторон.

Таким образом, по аналогии, можно отнести к «иным документам» и вышеупомянутые процессуальные акты.

Если в отношении обвинительного заключения законодатель, в ст. 237 УПК РФ, и предусмотрел последствия составления его с нарушением УПК РФ, то факт доброкачественности остальных процессуальных документов подлежит доказыванию. Следовательно, сторона защиты может заявлять ходатайство об их исключении.

Вообще, предлагаю подискутировать на эту тему. Как я указал выше, нами заявлялось ходатайство о возвращении дела прокурору, а не об исключении доказательств. Возможно, если право на участие второго защитника было нарушено в начале расследования уголовного дела, и затрагивались этим нарушением иные, значимые для защиты  доказательства, то целесообразно было бы заявить ходатайство об их исключении.

Напомню, что суд приступал два раза к рассмотрению по существу уголовного дела, возбужденного по факту хищения дизельного топлива. Первый раз, в единоличном составе, а второй раз, коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции (в настоящее время ст. 30 УПК РФ не предусматривает возможности такого рассмотрения по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст. 160 УК РФ).

Это рассмотрение дела в суде первой инстанции можно охарактеризовать, как наиболее продуктивное, в плане работы защиты, для доказывания невиновности наших подзащитных. Во-первых, судья, отдавая ему должное, обеспечил комфортное рассмотрения дела всем сторонам, его состязательность; Во-вторых, государственное обвинение поддерживало не специализированная, надзирающая за следствием прокуратура, а районная прокуратура, которая, в любом случае, не отвечало бы за результат судебного разбирательства; В-третьих, следствие и прокуратура пустили дело на самотек. Свидетели обвинения – оперативные сотрудники, производившие задержание, были, по сути, не готовы отвечать подробно на вопросы защитников, стали путаться в обстоятельствах, сочинять по ходу допроса свои версии. В итоге, в протокол судебного заседания попали их противоречивые показания. В дальнейшем, благодаря этому, часть доказательств обвинения признались судом недопустимыми и были исключены. Ходатайство об исключении доказательств заявлялось на этапе окончания судебного следствия. Этот момент выбирался специально, т.к. нарушения требований УПК РФ подтверждались, в большей части, показаниями понятых и лиц, участвующих при производстве следственных действий. Слишком раннее заявление такого ходатайства не достигло бы своей цели. Кроме того, в ходатайстве об исключении доказательств давалась краткая оценка этих документов для суда, с заделом на прения сторон. Кратко проанализирую основные доказательства, которые нами заявлялись недопустимыми и подлежащими исключению:

Прежде всего, протокол осмотра места происшествия.

Протокол осмотра места происшествия, по таким категориям дел, имеет особое доказательственное значение, т.к. является «первой костью в ряде домино». Вещественные доказательства, изъятые в ходе этого следственного действия, образовывали основную цепь доказательств обвинения по делу. Так, изъятые образцы дизельного топлива, исследовались заключением эксперта по ГСМ; автомобиль, в кузове которого находились бочки с дизельным топливом, исследовался протоколом осмотра предметов; изъятое дизельное топливо, получило стоимостную оценку, а значит, появился размер ущерба и т.д. Закономерно, что мы направили все свои усилия на признание протокола, указанного следственного действия, недопустимым доказательством.

Протокол осмотра места происшествия признавался недопустимым по следующим основаниям:

  • нарушение порядка проведения следственного действия, предусмотренного УПК РФ;
  • наличие существенных противоречий в протоколе, по содержанию обнаруженных и изъятых вещественных доказательств;
  • во время осмотра, фактически, производился личный обыск наших подзащитных, т.к. часть изъятых вещественных доказательств находились при них, в их личных вещах;
  • один понятой отлучался во время осмотра на длительное время;
  • во время осмотра, участвовали оперативные сотрудники, которые производили юридически значимые действия (видеосъемку, забор сравнительных образцов и т.д.), но в протоколе они в качестве участников не указывались.

Следуя здравому смыслу, в ходатайстве мы настаивали на исключении не только самого протокола осмотра места происшествия, с фототаблицей, но и вещественных доказательств, которые изымались этим протоколом, а также всех иных доказательств, непосредственно связанных с их исследованием (заключение эксперта по ГСМ, протокол осмотра автомашины и т.д.).

На время прервемся и вернемся к началу судебного разбирательства.

Государственный обвинитель, когда протокол осмотра места происшествия был оглашен в суде и выяснилась его недоброкачественность для доказательства вины наших подзащитных, скорее всего, предвидел ход наших последующих действий. В связи с этим, решил восстановить обстановку места происшествия путем вызова понятых, принимавших участие в ходе осмотра, и их допроса в судебном заседании. Понятые, будучи допрошенными уже в качестве свидетелей, стали давать такие показания по обстоятельствам осмотра, что у всех участников, мягко говоря, «волосы встали дыбом». В частности, они показали, что пломбы с баков тепловоза сорвали сами оперативные сотрудники, при заборе сравнительного материала из указанных емкостей. Естественно, это не было отражено в указанном протоколе осмотра. К слову, факт отсутствия пломбы на баках тепловоза обвинение преподносило суду в качестве безусловного доказательства, подтверждающего хищение дизельного топлива. С целью закрепления факта отсутствия пломбы, на предварительном следствии были допрошены несколько свидетелей, являющихся работниками РЖД, в круг обязанностей которых входил прием тепловоза от машинистов. После же показаний понятых, важное доказательственное значение этого факта утрачивалось. Естественно, что обвинению такой расклад не понравился. Как происходит в аналогичных ситуациях, государственный обвинитель, потирая свои руки, «разродился» стандартными вопросами к бывшим понятым: такие же Вы показания давали на предварительном следствии; не имеется ли у Вас существенных противоречий в показаниях; предупреждались ли Вы об уголовной ответственности следователем за дачу заведомо ложных показаний? Я думаю, что прокурор потом сильно пожалел, что задал эти стандартные, в таких случаях, вопросы. Понятые, недолго думая, пояснили суду, что вообще на предварительном следствии не допрашивались. Эти показания вызвали у всех недоумение, т.к. в деле имелись протоколы их допросов на предварительном следствии, в которых всё, практически дословно, было переписано с протокола осмотра места происшествия. Из содержания этих протоколов следовало, что они допрашивались следователем в городе Рузаевка (сами же понятые проживали в другой области, в двух часах езды на электричке). Относительно наличия этих протоколов допросов, понятые пояснили, что вообще никогда в городе Рузаевка не были, тем более по делам, связанными с расследованием этого дела. Государственный обвинитель попытался хоть как-то выправить ситуацию, предложив им возможную версию, когда следователь приезжал к ним домой с готовым протоколом допроса и они его там подписали. Единственный момент, который в итоге вспомнили понятые, это то, что расписывались «местным операм» на чистых клочках бумаги. Мы сделали вывод, что они расписывались на бирках, для скрепления вещественных доказательств. При предъявлении им протоколов допросов, понятые, показали, что подписи в них, выполнены не ими. Понятые, даже в условиях прессинга со стороны суда и обвинения, настаивали на своих показаниях, что было, признаюсь, хорошим знаком для нас. Логично было предположить из всего этого, что следователь в условиях ограниченности сроков следствия, которые мы «съели», благодаря своим жалобам на предварительном следствии, просто поленился ехать в другой регион для допроса понятых. При этом рассчитывал, что с «таким» багажом доказательств, дело в суде «пройдет как по маслу», поэтому решился на эту авантюру.В уголовном деле находились следующие материалы:

  1. Заверенная светокопия постановления о рассекречивании материалов ОРД;
  2. Заверенная светокопия постановления о предоставлении материалов ОРД следователю;
  3. Постановления о проведении ОРМ – «Наблюдение»;
  4. Акт выдачи видеокамеры и CD-диска;
  5. Акт изъятия CD-диска;
  6. CD-диск.
Читайте также:  Хищение безналичных денег будет оконченным с момента их списания со счета владельца

Анализ этих документов показал, что нарушение порядка предоставления материалов ОРД в это уголовное дело — это самое незначительное нарушение, по сравнению с тем, что было мною выявлено в ходе судебного разбирательства. Так, из содержания постановлений о рассекречивании материалов ОРД и предоставлении их следователю (их заверенных светокопий), следовало, что указанные материалы направлялись для приобщения к материалам уже возбужденного уголовного дела (указывался номер дела), когда как датированы они были за три дня до этого, когда уголовного дела, в принципе, еще не могло быть. В связи с этим, был сделан вывод о том, что указанные материалы оформлялись задним числом, а значит, и законность других материалов ОРД вызывало сомнение. Учитывая, что указанные постановления были подписаны начальником ЛОВД, и шли с грифом – «секретно», я думаю, простым выговором тут не обошлось. Кроме того, к делу был приобщен CD- диск, с записью ОРМ – «Наблюдение», диаметром 12 см. Этот же диск вручался и изымался, в присутствии понятых, у оперативного сотрудника, производящего видеосъемку при указанном оперативном мероприятии. Мой небольшой экскурс в глобальную сеть «интернет», связанный, в большей части, с удовлетворением любопытства, привел меня к неожиданному открытию. Оказывается, что видеокамера, на которую, якобы, производилась видеосъемка ОРМ, не поддерживает формат CD-диска, диаметром 12 см. В техническом паспорте на видеокамеру этой марки, заявлен CD- диск, диаметром 8 см. Это открытие до поры, до времени, оставалось у нас про запас. Для закрепления наших предположений, связанных с нарушениями при оформлении результатов ОРМ, в ходе допросов оперативных сотрудников, нами тщательно выяснялись все подробности указанного мероприятия. Все «опера», а их было около 10 человек, в один голос утверждали, что все было именно так, как указанно в материалах ОРД, а CD-диск, приобщенный к материалам дела, является оригиналом записи. Только ближе к завершению судебного следствия, мы обозначили позицию по этому вопросу. В качестве подтверждения, суду был предоставлен технический паспорт на эту видеокамеру, скачанный из интернета, а также, приглашен для допроса в качестве специалиста один из работников магазина, торгующего видеокамерами. Последний подтвердил, что CD-диск, диаметром 12 см, не помещается в кассетоприемник указанной видеокамеры. В итоге, как я указывал, нами было заявлено ходатайство о признании доказательств недопустимыми, и их исключении. Судья частично удовлетворил наше ходатайство, исключив, из числа доказательств, протокол осмотра места происшествия, и еще ряд доказательств, не представляющих особой доказательственной ценности. Относительно других доказательств, заявленных нами как недопустимых, в том числе материалов ОРД, нам было отказано по причине необходимости их дополнительной проверки. К слову сказать, на момент рассмотрения нашего ходатайства об исключении доказательств, сложилась очень деликатная ситуация. Сотрудники ЛОВД распространили «утку», согласно которой мы (сторона защиты), якобы, передали деньги судье и государственному обвинителю за развал дела. Это утверждение было явно абсурдным, но, тем не менее, повлияло на решение судьи не заканчивать рассмотрение дела по существу и уходить в совещательную комнату для постановления приговора. В этот же день, после рассмотрения ходатайства об исключении доказательств, как я ранее указывал, государственный обвинитель продублировал ходатайство, заявленное нами на предварительном слушании, о возвращении дела прокурору, в связи с нарушением права на защиту, выразившегося в не обеспечении участия на предварительном следствии второго защитника.

Суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя.

В дальнейшем, мы попытались обжаловать постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору, т.к. это решение на данном этапе уже нас не устраивало, но безрезультатно. Таким образом, мы добились, на мой взгляд, значимых результатов: протокол осмотра места происшествия признан недопустимым доказательством; на руках у нас остался протокол судебных заседаний, в котором были отражены противоречивые показания основных свидетелей обвинения – оперативных сотрудников, принимавших участие в задержании наших подзащитных. Следствие, после возвращения дела прокурору, не успокоилось на этом, на что мы, да и суд, в тайне надеялись, и попыталось во второй раз протолкнуть это дело в суд. В ходе второго рассмотрения дела, обвинение предприняло усилия устранить все указанные мною нарушения, так сказать, вдохнуть новую жизнь в недопустимые доказательства.

Рассказ о том, какие конкретные способы применяло при этом обвинение, и как мы защищались от этого, будет в следующей публикации — здесь.

Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Подборка наиболее важных документов по запросу Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 02.12.2021 N 77-3852/2021Приговор: По ст. 264.1 УК РФ (нарушение ПДД лицом, подвергнутым административному наказанию).

Определение: Приговор изменен, из описательно-мотивировочной части исключено указание на наличие у осужденного судимости по ч. 6 ст. 264 УК РФ как на обстоятельство, учитываемое при назначении наказания, назначенное наказание смягчено до 11 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

В кассационной жалобе осужденный Б. не соглашается с осуждением его по ст. 264.

1 УК РФ, приводит свою позицию, высказанную в судах первой и апелляционной инстанций о том, что в момент остановки сотрудниками ДПС автомобиля он находился в нем на заднем пассажирском сиденье в качестве пассажира, вследствие чего отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Утверждает, что сотрудники ДПС не наблюдали факт управления им автомобилем, а их показания о том, что они видели, как он перелазил с водительского сиденья на пассажирское, следует признать предположением.

Кроме того, Беликов не соглашается с отказом суда в признании протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством, считает существенным нарушением закона, что осмотр места происшествия осуществляла дознаватель ФИО11, которая является родственником одного из сотрудников экипажа ДПС ФИО7, принимавшего участие в задержании автомобиля. Полагает, что выводы суда в той части, что ФИО7 не принимал участие в осмотре места происшествия, противоречат видеозаписи с видеорегистратора патрульного автомобиля. Считает, что все обвинение построено на показаниях двух сотрудников полиции, которые, по мнению автора жалобы, являются заинтересованными лицами, имеют основания для его оговора.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Получение согласия проживающих лиц на осмотр места происшествия в жилище(Павлов А.В., Пилюшин И.П.)

(«Российский следователь», 2021, N 3)

Следует ли получать согласие на производство осмотра жилища как места происшествия у всех проживающих и находящихся в жилище лиц? В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 19 с учетом положений ч. 5 ст.

177 УПК РФ на производство осмотра жилища требуется разрешение суда, если хотя бы одно из проживающих в нем лиц возражает против осмотра. Перед началом осмотра места происшествия в жилище следует письменно зафиксировать согласие всех проживающих в нем лиц.

Отсутствие письменного согласия хотя бы одного из них может послужить основанием для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством.

Примером может быть ситуация, когда подобный протокол прокурором был признан недопустимым доказательством, так как в момент проведения следственного действия оба проживающих лица находились в жилище, однако согласие на его проведение получено только от одного из них.

Зарегистрируйтесь и получите пробный доступ к системе КонсультантПлюс бесплатно на 2 дня

Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:Статья: Вопросы допустимости доказательств в материалах судебной практики(Исаенко В.Н.)

(«Уголовное право», 2017, N 5)

Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики признал С. виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. Одним из доказательств виновности С. суд признал заключение судебно-автотехнической экспертизы (САТЭ). Как известно, необходимым объектом такой экспертизы является протокол осмотра места происшествия. Суд признал его недопустимым доказательством, поскольку в нем место наезда на потерпевшего было указано со слов свидетеля Б.Н.Б. Однако во вводной части заключения САТЭ имелись ссылки на данный протокол. Сам факт признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством исключал возможность обоснования обвинительного приговора заключением экспертизы, исследовавшей процессуально ущербный объект, каковым и явился данный протокол. При рассмотрении кассационной жалобы осужденного президиум Ставропольского краевого суда удовлетворил ее и отменил приговор в отношении С. В Кассационном постановлении президиум указал, что суд первой инстанции сделал вывод о виновности С. на основании заключения САТЭ, в основу которого было положено доказательство, признанное этим же судом недопустимым .

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector