Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

Пленум ВС уже второй раз обсуждает практику по смене категории преступления на менее тяжкую, если в деле есть смягчающие обстоятельства.

В ходе прошлого заседания отмечалось: суды чаще не готовы применять смягчающую наказание статью, несмотря на то, что такая возможность многое меняет для подсудимого: от вида колонии до шанса освободиться досрочно.

При этом, отказывая в переквалификации преступления, судьи могут неполно обосновывать подобные решения или ограничиться формулировкой «Оснований не усматривается».

Указание на конкретные обстоятельства, послужившие основанием для отказа в изменении категории преступления, открывает широкий простор для обжалования, а значит, и для отмены приговора в вышестоящей инстанции, поясняет Светлана Мальцева, адвокат АБ «Забейда и партнеры», экс-судья по уголовным делам.

ФАКТ таково количество человек, которым смягчили приговор в 2017 году. Это 0,5% от всех осужденных за преступления средней, тяжкой и особо тяжкой категорий.

Она видит две причины сложившейся ситуации. Первая – отсутствие достаточного объема наработанной судебной практики. Вторая – отсутствие четких критериев, по которым действия конкретного подсудимого можно было бы квалифицировать с понижением категории преступления. 

«Дело в том, что до сих пор основным критерием успешной судейской работы является так называемая «устойчивость принятого решения»: чем меньше отмен приговора, тем лучше работает судья. А отмен мало тогда, когда судья не «изобретает велосипед», т. е.

не практикует индивидуальный подход и какие-то нестандартные решения, что может быть просто не понято вышестоящей инстанцией, а выносит приговор в соответствии с требованиями санкции статьи и сложившейся судебной практикой.

Так проще и безопасней для судьи, тем более что закон это напрямую позволяет», – поясняет Мальцева. 

Прокуратура также может не согласится и будет обжаловать итоговое решение, напоминает партнер АБ «ЗКС» Сергей Малюкин. Он подтвеждает: при принятии решения госорганы, в том числе и суды, руководствуются не только буквой закона, но и репутационным критерием.

В итоге наказать по всей строгости оказывается проще, чем применить такие основания для прекращения уголовного дела, как, например, деятельное раскаяние или назначение меры уголовного правового характера в виде судебного штрафа, не говоря уже об изменении категории преступления на менее тяжкую, говорит о причинах непопулярности обсуждаемых статей УК Малюкин.

Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

Понижение категории преступления – всегда спорный момент, ведь свое мнение нужно будет мотивировать, что сделать в отсутствие четких критериев для такого понижения не так-то просто – судебное решение очень просто будет отменить в вышестоящей инстанции. А этого никто не хочет. Именно поэтому и получается, что проще и безопаснее для приговора оставлять категорию той, которая была предусмотрена законодателем.

Светлана Мальцева, адвокат АБ «Забейда и партнеры»

Однако Пленум ВС надеется переломить подобную практику и помочь судам использовать возможности гуманизации наказания, и без того предусмотренные УК. Для этого судьям дали алгоритм действий по применению ч. 6 ст. 15 кодекса.

Каждому делу – индивидуальный подход

Пленум ВС справедливо рассчитывает, что быть смелее в использовании ч. 6 ст. 15 УК помогут более детальные разъяснения относительно ситуаций, когда ее следует применить. В частности, судьям рекомендуют проверять возможность применения  статьи в каждом конкретном случае.

Законодательная категория преступления критична для подсудимого – от нее зависят вид исправительного учреждения и возможность назначения УДО, его отмена или сохранение, исчисление сроков для УДО или погашения срока судимости и другое.

А потому, выбирая категорию, надо основываться на реальной опасности преступления, которая не всегда совпадает с его законодательной категорией, было отмечено в ходе выступлений.

«Учет фактических обстоятельств преступления» и «степень его общественной опасности» – критерии оценочные и позволяют отказывать в изменении категории преступления вне зависимости от объективных обстоятельств дела, замечает Сегрей Малюкин. Но чтобы не дать судам отказывать в смягчении статьи по формальным основаниям, Пленум ВС подробно перечислил, на что именно должен смотреть судья, который решает вопрос о переквалификации преступления. 

В списке значимых факторов – способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль соучастника, вид умысла или неосторожности, мотив и цель преступления, характер и размер наступивших последствий и так далее.

Не должны помешать переквалификации преступления особый порядок рассмотрения дела и отягчающие обстоятельства, которые указаны в конкретной статье, говорится в постановлении Пленума. «Например, совершение кражи в составе группы лиц по предварительному сговору (п. а ч. 2 ст.

158 УК) само по себе не является препятствием для рассмотрения судом вопроса об изменении категории такого преступления на менее тяжкую», – приводился пример в проекте постановления.

Напротив, наверняка помешают смягчению общие отягчающие обстоятельства – например, рецидив. Если есть одно или несколько отягчающих обстоятельств, указанных в ст. 63 УК, поменять категорию преступления на менее тяжкую нельзя. 

Если подсудимого обвиняют в нескольких преступлениях, то суд решает, можно ли применить ч. 6 ст. 15 УК по каждому из преступлений отдельно, а если несколько подсудимых – по каждому из них, отмечено в постановлении Пленума.

Пленум указал и на последовательность действий судьи при решении вопроса о переквалификации наказания.

Сначала ему надо назначить вид и размер наказания, затем изменить категорию преступления и только после этого определить наказание по совокупности, принимая во внимание уже измененную статью, объясняется в постановлении. Суды могут смягчить категорию преступления только на один порядок.

При этом если суд решил изменить категорию с тяжкого на преступление средней тяжести, есть возможность освободить заключенного от отбывания наказания, и лицо в этом случае будет считаться несудимым.

Из постановления Пленума решено было исключить пункт, допускающий через переквалификацию вообще освободить лицо от отбывания наказания – такая ситуация может сложиться, если преступление переводят из тяжкого в разряд средней тяжести.

Споры на прошлом заседании вызвал вопрос о том, что делать, если при этом человека освободили от ответственности с назначением штрафа (ст. 76.2 УК). В итоге этот вопрос сочли неурегулированным законодательно – законодательство не разъясняет, что делать, если штраф так и не заплатили, и механизма вернуться к рассмотрению дела нет.

При этом было решено сохранить возможность переквалификации для несовершеннолетних, в отношении которых можно применить меры воспитательного воздействия (ст. 92 УК).

Надежда на гуманизацию

Юристы соглашаются, что постановление значимо для либерализации уголовного законодательства. При этом сохраняется и некоторый скепсис – то, как оно будет работать, остается под вопросом.

Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

На практике применение этого Постановления Пленума действительно может позволить сильнее персонифицировать уголовную ответственность. Однако, глядя на практику применения Постановления Пленума ВС от 19.12.

2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», применение ч. 6 ст.

15 УК с большой долей вероятности останется на прежнем уровне.

 Сергей Малюкин, партнер АБ «ЗКС»

Светлана Мальцева, в свою очередь, уверена: Постановление Пленума, разъясняющего, какие именно факторы должен учесть суд, который решает вопрос смены категории преступления, а также наиболее спорные вопросы, связанные с применением данной нормы, имеет исключительно важное значение.

Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

Разъяснения позволят разработать некий шаблон или алгоритм для судей, в соответствии с которым им будет проще принять решение о применении ч. 6 ст. 15 УК. А как только суды начнут более активно применять комментируемые нормы закона, появится и практика, которая тоже будет способствовать более широкому применению нормы.

Светлана Мальцева, адвокат АБ «Забейда и партнеры»

Но самое главное, для широкого применения правовой новеллы необходимо, чтобы судьи были по-настоящему независимыми, резюмирует Мальцева: «Ведь только умение судьи посмотреть на ситуацию под разными углами зрения без страха быть непонятым делает принятое решение законным и обоснованным».

  • Верховный суд РФ
  • Уголовный процесс
  • Пленум ВС

Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

Курс на гуманизацию: Пленум ВС разъяснил, как смягчать наказание через переквалификацию

Пленум ВС принял постановление, которое должно помочь судам гуманизировать и индивидуализировать наказание, используя действующий УК. Шанс сменить категорию преступления на более мягкую дает ч. 6 ст. 15, появившаяся в 2011 году. Но суды используют ее очень редко – примерно в 0,5% случаев осуждения за преступления средней, тяжкой или особо тяжкой категории. Пленум разъяснил, когда судьям следует учесть смягчающие обстоятельства, и прописал алгоритм для решения такого вопроса.

Пленум ВС уже второй раз обсуждает практику по смене категории преступления на менее тяжкую, если в деле есть смягчающие обстоятельства.

В ходе прошлого заседания отмечалось: суды чаще не готовы применять смягчающую наказание статью, несмотря на то, что такая возможность многое меняет для подсудимого: от вида колонии до шанса освободиться досрочно.

При этом, отказывая в переквалификации преступления, судьи могут неполно обосновывать подобные решения или ограничиться формулировкой «Оснований не усматривается».

Указание на конкретные обстоятельства, послужившие основанием для отказа в изменении категории преступления, открывает широкий простор для обжалования, а значит, и для отмены приговора в вышестоящей инстанции, поясняет Светлана Мальцева, адвокат АБ «Забейда и партнеры», экс-судья по уголовным делам.

Она видит две причины сложившейся ситуации. Первая – отсутствие достаточного объема наработанной судебной практики. Вторая – отсутствие четких критериев, по которым действия конкретного подсудимого можно было бы квалифицировать с понижением категории преступления.

«Дело в том, что до сих пор основным критерием успешной судейской работы является так называемая «устойчивость принятого решения»: чем меньше отмен приговора, тем лучше работает судья. А отмен мало тогда, когда судья не «изобретает велосипед», т. е.

не практикует индивидуальный подход и какие-то нестандартные решения, что может быть просто не понято вышестоящей инстанцией, а выносит приговор в соответствии с требованиями санкции статьи и сложившейся судебной практикой.

Так проще и безопасней для судьи, тем более что закон это напрямую позволяет», – поясняет Мальцева.

Прокуратура также может не согласится и будет обжаловать итоговое решение, напоминает партнер АБ «ЗКС»Сергей Малюкин. Он подтвеждает: при принятии решения госорганы, в том числе и суды, руководствуются не только буквой закона, но и репутационным критерием.

В итоге наказать по всей строгости оказывается проще, чем применить такие основания для прекращения уголовного дела, как, например, деятельное раскаяние или назначение меры уголовного правового характера в виде судебного штрафа, не говоря уже об изменении категории преступления на менее тяжкую, говорит о причинах непопулярности обсуждаемых статей УК Малюкин.

Светлана Мальцева, адвокат АБ «Забейда и партнеры»

Однако Пленум ВС надеется переломить подобную практику и помочь судам использовать возможности гуманизации наказания, и без того предусмотренные УК. Для этого судьям дали алгоритм действий по применению ч. 6 ст. 15 кодекса.

Каждому делу – индивидуальный подход

Пленум ВС справедливо рассчитывает, что быть смелее в использовании ч. 6 ст. 15 УК помогут более детальные разъяснения относительно ситуаций, когда ее следует применить. В частности, судьям рекомендуют проверять возможность применения статьи в каждом конкретном случае.

Читайте также:  О возмещении судебных расходов

Законодательная категория преступления критична для подсудимого – от нее зависят вид исправительного учреждения и возможность назначения УДО, его отмена или сохранение, исчисление сроков для УДО или погашения срока судимости и другое.

А потому, выбирая категорию, надо основываться на реальной опасности преступления, которая не всегда совпадает с его законодательной категорией, было отмечено в ходе выступлений.

«Учет фактических обстоятельств преступления» и «степень его общественной опасности» – критерии оценочные и позволяют отказывать в изменении категории преступления вне зависимости от объективных обстоятельств дела, замечает Сегрей Малюкин. Но чтобы не дать судам отказывать в смягчении статьи по формальным основаниям, Пленум ВС подробно перечислил, на что именно должен смотреть судья, который решает вопрос о переквалификации преступления.

В списке значимых факторов – способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль соучастника, вид умысла или неосторожности, мотив и цель преступления, характер и размер наступивших последствий и так далее.

Не должны помешать переквалификации преступления особый порядок рассмотрения дела и отягчающие обстоятельства, которые указаны в конкретной статье, говорится в постановлении Пленума. «Например, совершение кражи в составе группы лиц по предварительному сговору (п. а ч. 2 ст.

158 УК) само по себе не является препятствием для рассмотрения судом вопроса об изменении категории такого преступления на менее тяжкую», – приводился пример в проекте постановления.

Напротив, наверняка помешают смягчению общие отягчающие обстоятельства – например, рецидив. Если есть одно или несколько отягчающих обстоятельств, указанных в ст. 63 УК, поменять категорию преступления на менее тяжкую нельзя.

Если подсудимого обвиняют в нескольких преступлениях, то суд решает, можно ли применить ч. 6 ст. 15 УК по каждому из преступлений отдельно, а если несколько подсудимых – по каждому из них, отмечено в постановлении Пленума.

Пленум указал и на последовательность действий судьи при решении вопроса о переквалификации наказания. Сначала ему надо назначить вид и размер наказания, затем изменить категорию преступления и только после этого определить наказание по совокупности, принимая во внимание уже измененную статью, объясняется в постановлении.

При этом из постановления пленума решено было исключить пункт, допускающий через переквалификацию вообще освободить лицо от отбывания наказания – такая ситуация может сложиться, если преступление переводят из тяжкого в разряд средней тяжести.

Споры на прошлом заседании вызвал вопрос о том, что делать, если при этом человека освободили от ответственности с назначением штрафа (ст. 76.2 УК). В итоге этот вопрос сочли неурегулированным законодательно – законодательство не разъясняет, что делать, если штраф так и не заплатили, и механизма вернуться к рассмотрению дела нет.

При этом было решено сохранить возможность переквалификации для несовершеннолетних, в отношении которых можно применить меры воспитательного воздействия (ст. 92 УК).

Надежда на гуманизацию

Юристы соглашаются, что постановление значимо для либерализации уголовного законодательства. При этом сохраняется и некоторый скепсис – то, как оно будет работать, остается под вопросом.

  • Светлана Мальцева, в свою очередь, уверена: Постановление Пленума, разъясняющего, какие именно факторы должен учесть суд, который решает вопрос смены категории преступления, а также наиболее спорные вопросы, связанные с применением данной нормы, имеет исключительно важное значение.
  • Но самое главное, для широкого применения правовой новеллы необходимо, чтобы судьи были по-настоящему независимыми, резюмирует Мальцева: «Ведь только умение судьи посмотреть на ситуацию под разными углами зрения без страха быть непонятым делает принятое решение законным и обоснованным».
  • Ирина Кондратьева
  • Источник — информационный портал Право.Ru

Пленум ВС поспорил о принципах гуманизации при толковании УК

Пленум Верховного суда РФ 24 апреля отправил на доработку проект постановления, разъясняющего порядок переквалификации судами категории преступления на менее тяжкую.

При обсуждении документа несколько судей из регионов основательно покритиковали предложенную редакцию, однако с ними не согласился представитель Генпрокуратуры, занявший в итоге «промежуточную» позицию.

Проект, состоящий всего из 14 пунктов, пленуму представила судья ВС РФ Татьяна Ермолаева.

Она сообщила, что он разработан по результатам обобщения практики применения судами положений части 6 статьи 15 УК РФ и неоднократно обсуждался судейским и научно-юридическим сообществом, а также в профильных министерствах и ведомствах. По словам судьи, институт изменения категории преступления, введенный в уголовное законодательство в 2011 году, нуждается в дальнейшем развитии и совершенствовании.

– С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую – но не более чем на одну категорию, – напомнила Ермолаева. – Но надо заметить, что за шесть лет существования этого института суды крайне редко применяют часть 6 статьи 15 УК!

Как рассказала докладчик, в 2016 году «облегчение» категории состоялось в отношении лишь 2060 осужденных, а в 2017 году таковых граждан набралось и вовсе 1851.

– Это всего половина одного процента от общего числа лиц, осужденных за преступления от средней тяжести до особо тяжких! – посетовала Ермолаева. – Кстати, половина случаев применения данной нормы закона приходится на долю граждан, осужденных за преступления против собственности.

Далее она сообщила, что при тщательном изучении судебной практики были выявлены случаи, когда суды «недостаточно полно обосновывали принятые решения», а в приговорах «отсутствовали надлежащие мотивы применения» упомянутой нормы. А часто содержащаяся в приговоре фраза «суд не находит основания для изменения категории преступления» демонстрирует формальный подход к делу. Все это и стало основанием для разработки обсуждаемого проекта.

– Важно понимать, что общественная опасность конкретного преступления далеко не всегда совпадает с его законодательной категорией, установленной в статье 15 УК РФ, – подчеркнула Ермолаева, коротко «проходясь» по пунктам документа.

– Например, даже то обстоятельство, что совершено неоконченное преступление либо оно совершено лицом, не достигшим 18-летнего возраста, и в силу положений общей части УК максимальное наказание, которое может быть назначено за него, менее максимального наказания, предусмотренного санкциями конкретной статьи, на категорию преступления зачастую не влияет.

Степень же общественной опасности в каждом случае должна определяться с учетом «очень многих факторов», отметила судья. Например, нужно непременно учитывать стадию осуществления преступного намерения и реальную роль обвиняемого в том или ином деянии.

Камнем же преткновения для разработчиков, по словам Ермолаевой, стали десятый и одиннадцатый пункты документа. Из п. 10 было в качестве варианта было предложено исключить указание на ряд статей УК, а п. 11 убрать из проекта целиком, так как некоторые разработчики посчитали такой подход все же «излишне формальным».

– Институт освобождения от наказания существенно отличается от института освобождения от уголовной ответственности, – заметила в связи с этим докладчик.

– Да, последний не предполагает постановления приговора с назначением наказания, но лишь по той причине, что в силу определенных обстоятельств, например, примирения с потерпевшим, обвиняемый освобождается судом от рассмотрения вопроса о его виновности.

Ермолаева также разобрала типичную ситуацию, когда суд признал лицо виновным в совершении тяжкого преступления и назначил наказание за содеянное, изменив категорию на преступление средней тяжести.

Коль скоро при этом было установлено, что с учетом такого изменения имелись бы основания для освобождения от уголовной ответственности, освобождение осужденного от отбывания наказания «было бы логичным и справедливым решением при применении ч. 6 ст. 15 УК РФ».

В описанном случае исполнение наказания явилось бы «избыточным применением уголовной ответственности».

Поддержав документ в предложенной редакции, судья отметила, что отсылка в п. 10 на статьи 76.2 и 92 УК РФ, как и необходимость всего п. 11, все-таки нуждается в дополнительном обсуждении.

– Возможно, эти разъяснения являются и преждевременными, – подытожила Ермолаева.

Вячеслав Лебедев пригласил на трибуну зампредседателя Пермского краевого суда Евгения Рудакова. Он назвал проект постановления «нужным и очень своевременным», а также «важнейшим разъясняющим источником» на пути гуманизации правоприменения.

Как считает судья, содержащийся в документе исчерпывающий перечень факторов, который должен приниматься в расчет судами при смягчении категории, поможет избежать пресловутого «формального подхода» и необоснованных отказов в применении ч. 6 ст.

15 УК РФ.

Исключение же из п. 10 проекта указания на ст. 92 УК «судьями не поддерживается», сказал Рудаков. «Судебная практика складывается таким образом, что суды Пермского края при изменении категории преступления широко применяют положения данной статьи», – отметил он. Однако ссылку на ст. 76.

2 УК он призвал исключить, как и «спорный» п. 11 целиком. Норма ст. 76.2 предполагает освобождение от ответственности, а не наказания, но «как раз такой подход формален», убеждал участников пленума судья. Если же оставить п. 11, то потребуется внесение изменений в УК и УПК, сообщил он.

Следующей взяла слово судья Калининградского облсуда Татьяна Долгих, которая тоже похвалила документ за направленность на формирование единообразной судебной практики. Пункты 10 и 11 она назвала «представляющими особый интерес» и «дополнительной возможностью индивидуализировать наказание».

Она полностью поддержала позицию Рудакова по этим пунктам (в части необходимости исключения упомянутых выше отсылок и разъяснений), уточнив, что предоставление суду возможности после освобождения осужденного от уголовного наказания применить положения ст. 76.

2 УК и назначить ему судебный штраф «породит множество дополнительных вопросов, на которые нет ответов в нынешней редакции УПК».

  • Замминистра юстиции РФ Алу Алханов коротко поддержал проект, заметив, что рабочей группой были учтены абсолютно все замечания Минюста.
  • Последним выступил замгенпрокурора РФ Леонид Коржинек, указавший, как и предыдущие ораторы, на важность документа, «призванного снять многие острые вопросы».
  • – Все наши предложения были учтены, – подтвердил Коржинек, – а что касается пунктов семь, десять и одиннадцать, считаем целесообразным изложить их именно в предложенном варианте.

Но подлежит ли отмене «смягченный» приговор, если лицо в итоге не уплатило судебный штраф, – этот вопрос все равно «встанет в полный рост», рассуждал далее замгенпрокурора. В любом случае, согласно его позиции, в эту часть постановления необходимо включить еще более подробные «дополнительные разъяснения» для судов.

– Но в целом проект, безусловно, заслуживает поддержки – и мы его поддерживаем! – заключил он.

Вячеслав Лебедев предложил сформировать редакционную комиссию для доработки документа, который предполагается рассмотреть на одном из ближайших заседаний пленума ВС РФ.

Вс разъяснил судам основания и порядок изменения категории преступления

Сегодня на заседании Пленума Верховного Суда было принято Постановление (ссылка на документ) о практике применения судами положений ч. 6 ст.

15 УК РФ, которое было подготовлено в связи с вопросами, возникающими у судов, и в целях обеспечения правильного и единообразного применения норм уголовного и уголовно-процессуального закона, регламентирующих основание и порядок изменения категории преступления на менее тяжкую. Напомним, рассмотрев проект постановления 24 апреля, Пленум ВС направил его на доработку. 

Читайте также:  Пеня по алиментам. Правила начисления

Так, из окончательного варианта Пленум ВС исключил положение, согласно которому изменение категории на менее тяжкую применимо в случае назначения судебного штрафа, и добавил обстоятельство, в соответствии с которым ч. 6 ст. 15 УК РФ может влиять на применение к несовершеннолетнему принудительных мер воспитательного воздействия. 

Кроме того, в документе указано, что при наличии одного или нескольких смягчающих и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств суд, назначив за совершение преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого преступления наказание, указанное в ч.

6 ст. 15 УК РФ, решает в соответствии с п. 61 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о возможности изменения категории преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности.

При этом суд должен принимать во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, вид умысла либо вид неосторожности, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Вывод о наличии основания для изменения категории преступления на менее тяжкую может быть сделан, если фактические обстоятельства совершенного преступления свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

ВС разъяснит судам основания и порядок изменения категории преступленияПленум Верховного Суда отправил на доработку проект постановления о практике применения положений Уголовного кодекса об изменении категории преступления на менее тяжкую

Изменения коснулись п. 4 постановления, из которого исключили указание на то, что рецидив является основанием для отказа в изменении категории преступления на менее тяжкую. Так, теперь в нем отмечается, что наличие одного или нескольких отягчающих наказание обстоятельств, указанных в ч. 1 и 11 ст.

63 УК РФ, исключает возможность изменения категории преступления на менее тяжкую. Если же отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака состава преступления, в том числе квалифицированного состава, то такое обстоятельство по смыслу ч. 2 ст.

63 УК РФ не препятствует применению судом положений ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Указывается, что если подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, то суд разрешает вопрос об изменении категории преступления по каждому из них в отдельности, а если в совершении преступления (преступлений) обвиняется несколько подсудимых – в отношении каждого подсудимого. 

Пленум ВС решил исключить из п. 7 постановления положение, согласно которому в случае принятия судом решения о применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать указание на применение к обвиняемому иной меры уголовно-правового характера.

Также в документе указано: судам следует иметь в виду, что изменение категории преступления возможно только после того, как осужденному назначено наказание с учетом норм УК РФ, при условии, что вид и срок назначенного наказания отвечают требованиям ч. 6 ст. 15 УК РФ. Также отмечается, что применение судом ст. 64 УК РФ само по себе не препятствует изменению категории преступления. 

Если лицо осуждается за совершение нескольких преступлений, то решение об изменении категории преступления на менее тяжкую принимается при наличии к тому основания отдельно по каждому преступлению, после чего суд назначает окончательное наказание. 

Также Пленум ВС внес правки в п. 10 постановления. Теперь в нем указано, что решение суда об изменении категории преступления с тяжкого на преступление средней тяжести позволяет суду при наличии оснований, предусмотренных ст. 75, 76, 78, 80.

1, 84, 92, 94 УК РФ, освободить осужденного от отбывания назначенного наказания.

«В этих случаях суд постановляет приговор, резолютивная часть которого должна, в частности, содержать решения о признании подсудимого виновным в совершении преступления, о назначении ему наказания, об изменении категории преступления на менее тяжкую с указанием измененной категории преступления, а также об освобождении от отбывания назначенного наказания (п. 2 ч. 5 ст. 302 УПК РФ). Лицо, освобожденное от отбывания наказания по указанным основаниям, считается несудимым», – поясняется в документе.

Также Пленум ВС исключил пункт, согласно которому при наличии оснований, предусмотренных ст. 76.

2 УК РФ, суд, освободив осужденного от отбывания наказания, назначает ему иную меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа и устанавливает с учетом материального положения осужденного и его семьи срок для его уплаты.

При этом суд обязан разъяснить осужденному необходимость представления сведений об уплате судебного штрафа судебному приставу-исполнителю в течение 10 дней после истечения срока, установленного для этого, и последствия неуплаты.

В документе указывается, что применение положений ч. 6 ст.

15 УК РФ не влияет на юридическую оценку совершенного деяния, в том числе приготовления к совершению конкретного тяжкого или особо тяжкого преступления, а равно не влечет правовых последствий для лиц, в отношении которых решение об изменении категории преступления не принималось.

В частности, изменение судом категории особо тяжкого преступления на категорию тяжкого преступления не исключает уголовной ответственности другого лица за заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления.

Кроме того, Пленум ВС РФ указал судам на необходимость иметь в виду, что в соответствии с п. 4 ст.

304 УПК РФ в отношении лица, имеющего судимость, во вводной части приговора наряду с другими данными, которые могут быть учтены судом при назначении вида и размера наказания, вида исправительного учреждения, признании рецидива преступлений, разрешении других вопросов, имеющих значение для дела, необходимо отражать сведения об изменении категории преступления на менее тяжкую по предыдущему приговору. 

Ранее в комментарии «АГ» старший партнер КА «Дефенден Юстицио» Дмитрий Дядькин пояснил, что принятие документа будет иметь достаточно серьезное значение для практики назначения наказания и изменения категорий преступления в процессе уголовного судопроизводства.

Он отметил, что часть правил получили действительное содержательное наполнение в результате нормативного судебного толкования. «Так, например, следует положительно воспринимать разъяснения общих положений применения ч. 6 ст. 15 УК РФ (п.

2 постановления), правила разрешения конкуренции между положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ и ст. 64 УК РФ (п. 8 постановления), правила применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ применительно к совокупности преступлений и назначения при этом совокупного окончательного наказания (п.

9 постановления)», – указал эксперт.

Также он посчитал важными положения, согласно которым «изменение судом категории особо тяжкого преступления на категорию тяжкого преступления не исключает уголовную ответственность другого лица за заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления».

Партнер АБ «Бартолиус» Сергей Гревцов отметил, что разъяснения касаются практически «мертвой» нормы, что, по его мнению, вдохнет в нее новую жизнь и позволит применять чаще. Эксперт считает, что главной причиной ее «мертвого» состояния с 2011 г. являлось отсутствие понимания практического применения данной нормы и обязательности для суда.

Также Сергей Гревцов положительно отнесся и к описанию порядка применения положений ст. 76 УК РФ в совокупности с ч. 6 ст. 15 УК РФ. «Ведь освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно только по делам небольшой и средней тяжести.

До этого постановления Пленума в практике не сложилось представления о том, как конкретно и вообще возможно ли суду применять ст. 76 УК РФ после применения ч. 6 ст. 15 УК РФ (особенно при условии, что данная статья применяется уже после назначения наказания)», – указал он.

Эксперт добавил, что благодаря таким разъяснениям освобождение от примирения с потерпевшим теоретически и практически будет возможно, в том числе по тяжким преступлениям, в рамках которых обвиняемые возместят потерпевшему причиненный вред.

В заключение Сергей Гревцов указал, что проект однозначно можно отнести к гуманизирующему уголовный закон в отношении тех лиц, которые в рамках следствия по уголовному делу проявят себя с положительной стороны.

Гуманизация полного цикла

Ответить по закону – не значит потерять человеческое достоинство и надежду на дальнейшую нормальную жизнь: российский суд демонстрирует преимущества курса на человечность. О ключевых преобразованиях в судебной системе за прошедший год – в аналитике РАПСИ.

Первый год новой постпандемической реальности стал переломным для многих сфер общественной жизни нашей страны. Мы словно пересмотрели ценности: чем больше уходит наносное, тем больше выкристаллизовываются направления, действительно требующие внимания. 

Судебная система России в условиях новой реальности показала себя институтом наиболее мобильным и адаптированным к интересам государства и граждан. О необходимости гуманизации российской Фемиды неоднократно заявлял Председатель Верховного суда (ВС) Российской Федерации Вячеслав Лебедев. 

«Важным направлением совершенствования правосудия является гуманизация уголовного судопроизводства.

Гуманизм как основа государственной политики и правовой системы России получил закрепление в статье 2 Конституции РФ, в соответствии с которой человек, его права и свободы являются высшей ценностью в государстве, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанностью государства», — отмечал глава ВС РФ в тексте своей статьи в «Российской газете» год назад. 

Вектор, заданный председателем ВС РФ, позволил судебной системе сделать значимые шаги в сторону более человечных взаимоотношений внутри нее.

Если посмотреть на результаты, которых судебной системе удалось достичь в 2021 году, становится понятно: уже в весьма обозримом будущем нас ждут исторические изменения в самой философии российского суда.

Отличительной чертой этой системы станет более внимательное отношение ко всем участникам процесса, в том числе – подозреваемым, подследственным и подсудимым – особенно тем, кто обвиняется в нетяжких преступлениях. 

РАПСИ проанализировало ключевые меры по гуманизации правосудия, реализованные в этом году. Пожалуй, главная особенность этих изменений – их системность и последовательность: правосудие старается быть человечнее с участниками процессов на всех процессуальных этапах. Даже на тех, где непосредственную ответственность за судьбу гражданина несут другие инстанции: полиция, следствие, ФСИН. 

Правовые основания для человечности 

За первые шесть месяцев текущего года российские суды прекратили уголовные дела в отношении 23% от числа всех российских подсудимых по соответствующим статьям закона: эти поистине революционные цифры были озвучены Вячеславом Лебедевым осенью этого года на совещании председателей Верховных судов государств — членов ШОС. 

Далеко не во всех случаях, разумеется, уголовные дела прекращались за невиновностью. Так, нередко в этом году Фемида назначала обвиняемому судебный штраф. Эта гуманная мера правосудия получает все большее распространение в отношении лиц, впервые совершивших нетяжкое преступление: оступившемуся гражданину фактически дается второй шанс. 

Положительно эта мера влияет и в целом на социально-экономическую среду страны: у лица, получившего судебный штраф, нет судимости вкупе со всеми ее социальными последствиями – такой человек может спокойно продолжать работу и оставаться экономически активным. 

Читайте также:  Как отклонить требование супруга (бывшего супруга) по уплате алиментов?

«Судами РФ продолжается системная и последовательная работа, направленная на гуманизацию уголовного законодательства и правоприменительной практики, в связи с чем численность лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы по состоянию на 1 сентября 2021 года составила 471 тысяч 490 лиц — на 11 тысяч 432  меньше, чем на 1 января текущего года», — сообщил в ходе совещания Лебедев.

Большой вопрос: почему столь значимые с точки зрения гуманизации правосудия цифры не были освещены широко? Почему многочисленные либеральные медиа и общественные деятели, столь рьяно критикующие «жестокость» правосудия, демонстративно игнорируют важные, даже тектонические изменения в системе? У нас стали меньше осуждать граждан, оступившимся людям дают второй шанс, а в тюрьмах снижается число заключенных… 

Ответ в целом очевиден: на новостях о стратегических позитивных изменениях в стране чрезвычайно сложно получить «хайп», тысячи лайков и дать новый мотив для протяжных стонов в популярных социальных сетях.

Между тем, прекращение уголовных дел, в том числе на основании вынесения судебных штрафов, в этом году стало сложившимся трендом, заданным председателем Верховного суда: это большой шаг на пути гуманизации российской Фемиды. 

Напомним, этой осенью ВC РФ выпустил определение судебной коллегии по уголовным делам, в котором призвал не направлять в колонии людей, пошедших на нетяжкие преступления из-за бедности. Этот тезис высшей судебной инстанции стал весьма своевременным и актуальным продолжением курса, заданного главой ВС РФ. 

Кроме того, на рассмотрении Госдумы находится законопроект о введении института уголовного проступка. «Позиция Верховного суда остается прежней: введение института уголовного проступка соответствует содержанию, принципам и задачам уголовного законодательства Российской Федерации», — подчеркнул Лебедев.

Владимир Бурнов, РАПСИ

Защита прав заключенных 

Отрадно, что курс на гуманизацию правосудия, озвученный Председателем Верховного суда, поддерживают органы исполнительной власти. Сейчас Минюст завершает разработку проекта нового нормативного правового акта.

Согласно этому проекту, к основаниям, препятствующим содержанию в СИЗО, будут отнесены диагнозы, связанные с беременностью и родами, а также расстройствами питания и нарушениями обмена веществ, системы кровообращения, органов дыхания, пищеварения и мочеполовой системы.

Кроме того, в запретительный список для СИЗО могут попасть различные виды туберкулеза, болезнь Паркинсона, эпилепсия, патологии зрения, лейкоз, лимфома, новообразования, требующие хирургического вмешательства, паллиативные состояния и другие тяжелые недуги, несовместимые с условиями содержания под стражей. 

  • В 2020 году Верховный суд выпустил постановление Пленума, касающееся помещения под стражу обвиняемых в «предпринимательских» преступлениях – высшая судебная инстанция напомнила, что отправлять таких граждан в СИЗО следует в исключительных случаях, только если невозможно применить более мягкие меры. 
  • В то же время, снижение числа обвинительных приговоров по экономическим статьям, предусматривающих наказание в виде лишения свободы, по мнению главы Верховного суда, будет способствовать улучшению делового климата в России.
  • «Формированию благоприятного делового климата способствует гуманизация правосудия по делам о преступлениях в сфере предпринимательской деятельности, за совершение которых в первом полугодии этого года осуждено 1486 лиц, из них к реальному лишению свободы — 117 лиц, или 8 процентов», — отметил Лебедев в сентябре этого года в ходе совещания председателей Верховных судов государств — членов ШОС. 
  • Ранее высшая судебная инстанция уже настоятельно рекомендовала судам проявлять большую требовательность при удовлетворении ходатайств следствия о заключении под стражу. 

Верховный суд также регулярно делает разъяснения о правах заключенных российских колоний. В частности, высшая судебная инстанция напоминает ФСИН о праве осужденных отбывать наказание в исправительных учреждениях на территории того региона, где проживают родственники: этой нормой служба исполнения наказаний нередко пренебрегает. 

«Невозможность заключенного поддерживать семейные связи во время отбывания наказания в виде лишения свободы следует считать обстоятельством, препятствующим дальнейшему нахождению осужденного в исправительном учреждении. … При наличии родственных связей осужденный может быть переведен в другой регион.

Если же в субъекте РФ, где проживают родственники, нет соответствующей ИК, он может быть переведен в соседний регион», – указывается в определении ВС в ответ на жалобу заключенного одной из красноярских колоний: гражданин был недоволен тем, что из-за большой удаленности колонии от его дома близкие не могут ездить к нему на свидания, и сохранность его семьи в этих условиях находится под угрозой. 

Подсудимый – не объект, а человек

Курс на гуманизацию правосудию, главным идеологом которого выступает Председатель Верховного суда, проявляется и непосредственно в судебной практике.

Правда, здесь есть одна особенность – вся судебная система не может перестроиться в один миг или за один год, и зачастую высшая судебная инстанция выступает как некий рубеж, на котором участники процесса могут рассчитывать уже на другие паттерны взаимоотношений гражданина и судебной системы. 

Кроме того, не следует понимать гуманизацию правосудия иезуитски: данный вектор отнюдь не означает, что преступники будут получать за преступления меньшие сроки, а то и вовсе уходить от ответственности. Реакция правосудия на нарушения границ государственных интересов, суровые приговоры за жестокие насильственные преступления ясно говорят: такого никогда не будет. 

Гуманизация имеет совершенно другие цели и задачи. Правосудие сегодня показывает нам, что человек на скамье подсудимых – прежде всего личность, а не объект системы. Суду важно знать и понимать не только саму суть деяния, совершенного этим гражданином, но и его мотивы, в том числе и косвенные, жизненную ситуацию, которая могла поставить подсудимого перед сложным выбором.

О гуманизации правосудия в части вынесения приговоров свидетельствуют и другие факты, основанные на абсолютно беспристрастных статистических данных.

Так, по данным статистики Судебного департамента ВС РФ, оправдательные приговоры стали чаще выносить коллегии присяжных. В первом полугодии были признаны виновными 434 человека, а 196 человек коллегии назвали невиновными.

Напомним, что еще в 2020 году Вячеслав Лебедев предложил расширить полномочия присяжных. 

  1. «Учитывая, что суды России имеют достаточный опыт рассмотрения дел с участием присяжных заседателей, считаю возможным распространить эту процедуру на рассмотрение уголовных дел по всем особо тяжким преступлениям и преступлениям в сфере предпринимательской деятельности, в материалах дела которых отсутствуют сведения, составляющие гостайну», — заявлял глава ВС РФ.
  2. На сегодняшний день «народные» коллегии являются неотъемлемой частью правосудия, работающего в рамках современных гуманистических реалий, и председатель Верховного суда лично контролирует планомерное развитие этого института.
  3. Жизнь как высшая ценность
  4. Еще более важным трендом текущего года в контексте гуманизации правосудия представляется позиция Верховного суда в отношении граждан, обвиняемых в превышении допустимых пределов самообороны. 

В этом году высшая судебная инстанция отстояла право граждан защищать себя и свою жизнь: были отменены обвинительные приговоры, вынесенные в отношении лиц, которые со всей очевидностью были поставлены именно в ситуацию самозащиты. Человек имеет право защитить свою жизнь до последнего – эта жесткая с одной стороны и совершенно гуманистическая с другой стороны позиция, без сомнений, стала точкой отсчета нового этапа развития российского правосудия. 

Резонансное решение в этой связи Верховный суд вынес в сентябре этого года.

До высшей судебной инстанции дошло дело жительницы Волгоградской области, осужденной за превышение допустимых пределов самообороны: в ходе семейной ссоры гражданка нанесла ножевое ранение своему супругу, в результате чего последний скончался. Три судебные инстанции признали женщину виновной, россиянке было назначено наказание. 

Верховный суд тщательно проанализировал все детали произошедшего: ножовое ранение своему супругу гражданка нанесла, когда он начал ее душить – на глазах у малолетней дочери. Мужчина был в состоянии алкогольного опьянения.

Чем бы, скорее всего, закончилась эта история, если бы женщина не нанесла тот удар ножом? Со всей очевидностью – имя гражданки пополнило бы легион фатальных жертв семейно-бытового насилия. Высшая судебная инстанция учла эти факторы и полностью оправдала обвиняемую – с правом на реабилитацию.

Что это, если не пример человеческого правосудия, ориентированного на защиту жизни как высшей ценности? 

Проблеме домашнего насилия Верховный суд уделяет повышенное внимание.  В этом году по инициативе Вячеслава Лебедева были внесены поправки в УПК, предполагающие отмену института частного обвинения для ряда преступлений, в том числе попадающих в категории семейно-бытового насилия. 

Внесение поправок, инициированных Лебедевым, наравне с принятием законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия поможет реально защитить тех граждан, кто приходит домой со страхом за свою жизнь.

Более того, отмена института частного обвинения может быть даже инструментом более эффективным: в этом случае правоохранительные органы будут обязаны сразу реагировать на сигнал жертвы о домашнем насилии, а не рекомендовать доказывать факт побоев в суде самостоятельно, «в порядке частного обвинения». 

«Таким образом, в настоящее время исторические, теоретико-правовые и практические основания, по которым уголовные дела об умышленном причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев и клевете были отнесены к делам частного обвинения, утратили свою актуальность; институт частного обвинения не способствует более эффективной защите прав потерпевших по этим категориям дел, а, напротив, создает препятствия в судебной защите их прав. Отнесение уголовных дел о причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев и клевете к делам частно-публичного обвинения будет способствовать повышению правовой защищенности не только потерпевших, но и лиц, в отношении которых подано заявление о совершении этих преступлений. В процедуре частного обвинения подача заявления мировому судье влечет возбуждение уголовного дела без проведения какой-либо досудебной проверки наличия достаточных данных, указывающих на признаки преступления. В процедуре частно-публичного обвинения проведение предварительной проверки по поступившему сообщению о преступлении, а также последующего расследования дела в форме дознания будут способствовать защите граждан от необоснованного возбуждения уголовных дел и привлечения их в качестве обвиняемых…», — отмечал глава Верховного суда в своей статье, разъясняющей необходимость внесения поправок в УПК. 

Владимир Бурнов, РАПСИ

Гарантия гуманизма – пример для подражания

Гуманизация правосудия ставилась основной целью судебной реформы, начатой Александром II еще в 1864 году. Именно этой реформой были внедрены институты, являющиеся неотъемлемой частью и современной судебной системы: институт защиты, суд присяжных, независимый статус судов, а также такие важные элементы системы как нотариат и служба судебных приставов. 

К сожалению в последующем, в эпоху революционных потрясений и времена репрессий гуманность и человечность не были в ряду государственных ориентиров: было другое время, но и оно прошло. 

Сейчас мы сами пишем историю своей страны.

Нынешние инициативы Вячеслава Лебедева по гуманизации судебной системы представляются шагами историческими: правосудие отстаивает наше общее право жить сегодняшним днем, где человеческая жизнь – высшая ценность, а в основе взаимоотношений человека и государства должны лежать гуманистические принципы. Возможно, недалек тот день, когда по этому пути пойдут и другие системы, а также государственные ведомства, оказывающие большое влияние на судьбу русского человека. 

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector