Подскажите стоимость кассационной жалобы по ч.2 ст.228 УК РФ?

Квалификация по 5 части ст. 228.1 УК РФ

Предусматривает любой оборот наркотических средств в особо крупном размере. При этом каждому наименованию наркотических средств соответствует разная масса для признания их оборота особо крупным. Например, для героина вес должен составлять более 1 килограмма, а для конопли более 100 килограмм.

.

Размер веса оговаривается в соответствующем постановлении Правительства РФ и соответствует содержанию чистого наркотического вещества в 1 грамме определённого типа наркотика.

За совершение преступления предусмотрено наказание от 15 до 20 лет лишения свободы.

Апелляция верховного суда по 228 наркотикам

Подскажите стоимость кассационной жалобы по ч.2 ст.228 УК РФ?

Определение суда по 228.1 ч 4-5

Т//- осужден по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ на 15 лет 6 месяцев А// — осужден по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ на 15 лет осужден по ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на 9 лет

Квалификация по 4 части ст. 228.

1 УК РФ

Имеется несколько признаков для квалификации преступления по этой части: • совершение в составе организованной группы (при этом вес значения вообще не имеет) – роли должны быть распределены и четко выражены; • с использованием служебного положения (врач, имеющий доступ к наркотическому средству, сотрудник таможни и т.д.); • продажа лицу, не достигшему 16 лет (при этом субъект преступления должен быть совершеннолетним); • в крупном размере. Уголовный кодекс РФ предусматривает наказание от 10 до 20 лет лишения свободы.

Квалификация по ч. 3 ст. 228.1 УК РФ

Здесь признаков всего два: 1. Совершение преступления по предварительному сговору; 2. В значительном размере. Вес здесь для героина начинается всего с половины грамма, а для каннабиса – от 6 граммов. Наказание также сурово – от 8 до 15 лет лишения свободы.

Квалификация по ч. 2 ст. 228.1 УК РФ

Признаки различаются по месту и способу совершения: • в административном здании, на транспорте и метро, в клубе; • с помощью сети Интернет. Наказание за совершение преступление следует в рамках от 5 до 12 лет лишения свободы.

Квалификация по ч. 1 ст. 228.1 УК

Если лицо совершило преступление без вышеперечисленных признаков, его действия квалифицируются по 1 части, за которую наказание составляет от 4 до 8 лет лишения свободы.

Как показывает практика, суды очень часто назначают наказание именно по этой части с применением ст. 73 УК РФ, то есть без реального отбывания лишения свободы.

В случаях обысков, задержании сообщите что готовы дать показания в присутствии адвоката. Уже в разговоре по телефону будете проинструктированные и не допустите распространенных непоправимых ошибок. Время и первые показания решающие факторы в уголовных делах по наркотикам.

Защита по Части 3, ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Психологическое физическое давление при допросах. Присутствие адвоката отсечет провокации, записи в опросах которые могли бы трактоваться двояко со стороны дознания.

Арест до судебного заседания. Не стоит рисковать, а потом исправлять содеянное и наговоренное, а сразу делать правильные действия. Показания нужно давать в присутствии личного адвоката.

Найти адвоката который вывернет статью 228 УК РФ, добьется оправдания или переведет в другую часть.

Как исключить эпизоды и нарушения при оформлении контрольной закупки: акт передачи веществ наркотиков в подъезде, кафе где никто не видел факта передачи.

Если в основу приговора суда ложатся показания одного свидетеля с нарушениями статьи 281 УПК, то такие показания подлежат исключению. Данные ошибки следствия ведут к отмене или пересмотру дела. Знаем тонкости, проверочной закупки, вопрос правильности оформления, досмотра закупщика, перед проведением закупки.

Защитник, которого следователь вызывает по назначению, является лишь обязательным атрибутом соблюдения законности следственных действий и в отдельных случаях для закрепления доказательной базы следователя. Однако такой адвокат никакой реальной пользы не приносит и дельных советов не дает. Поглядывая на часы, этот человек ждет, когда же закончится следственное действие, чтобы поспешить на следующее.

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 22.10.2020 года — Адвокаты по наркотикам

  • №77-1797/2020
  • КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • г. Москва 22 октября 2020 года
  • Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда
  • общей юрисдикции в составе

председательствующего Крылова С.А.,

судей: Лохановой Е.Н., Морхова С.И.,

при секретаре судебного заседания Гаджиагаеве К.Р.,

с участием:

прокурора Соколовой Л.С.,

осужденного Огольцова А.В.,

адвоката Алексашкина С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по кассационной жалобе адвоката Алексашкина С.В. в защиту осужденного Огольцова А.В. на приговор Зюзинского районного суда г. Москвы от 5 ноября 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 февраля 2020 года.

Заслушав доклад судьи Лохановой Е.Н., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы, возражения, выступления осужденного Огольцова А.В.

, чье участие в судебном заседании обеспечено посредством видеоконференц-связи, адвоката Алексашкина С.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, прокурора Соколовой Л.С.

, предлагавшую состоявшиеся судебные решения оставить без изменения, судебная коллегия.

  1. УСТАНОВИЛА:
  2. приговором Зюзинского районного суда г. Москвы от 5 ноября 2019 года
  3. Огольцов ФИО13 года рождения, уроженец , несудимый, осужден:

по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания Огольцову А.В. исчислен с 5 ноября 2019 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержание под стражей с 15 ноября 2018 года по 5 ноября 2019 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 февраля 2020 года приговор суда в отношении Огольцова А.В. изменен: на основании ч. 2 ст.

61 УК РФ признано обстоятельством смягчающим наказание – длительное содержание под стражей; наказание в отношении Огольцова А.В. смягчено по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.

1 УК РФ до 7 лет 10 месяцев лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. В остальной части приговор суда оставлен без изменения.

Как следует из материалов уголовного дела, приговором суда Огольцов А.В. признан виновным и осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Алексашкин С.В. выражает свое несогласие с состоявшимися судебными решениями в отношении осужденного Огольцова А.В. Автор жалобы считает, что суд необоснованно пришел к выводу о наличии в действиях его подзащитного состава преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст.

228.1 УК РФ. Сторона защиты утверждает, что все имеющиеся по уголовному делу доказательства в своей совокупности, в том числе материалы оперативно – розыскных мероприятий и показания свидетелей не подтверждают наличие умысла у Огольцова А.В. на незаконный сбыт наркотических средств.

Показания же осужденного Огольцова А.В. о перевозке наркотических средств без цели сбыта по просьбе его друга, ничем в судебном заседании не опровергнуты. Каких — либо объективных доказательств, что Огольцов А.В. ранее сбывал наркотические вещества, в судебное заседание представлено не было.

Учитывая изложенное, адвокат Алексашкин С.В. считает, что действия Огольцова А.В. должны квалифицироваться, как перевозка наркотических средств без цели сбыта, в связи с чем, просит состоявшиеся судебные решения отменить, переквалифицировать действия его подзащитного на ч. 2 ст.

228 УК РФ или направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В возражениях на кассационную жалобу адвоката Алексашкина С.В. в защиту осужденного Огольцова А.В. заместитель межрайонного прокурора г. Москвы Федин И.А., не соглашаясь с доводами жалобы и опровергая их, просит состоявшиеся судебные решения оставить без изменения.

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. При этом он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно — процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

На основании ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Как установлено судом, Огольцов А.В.

, имея умысел на незаконный сбыт наркотических средств, вступив в преступный сговор с неустановленным лицом с целью совершения незаконного сбыта наркотических средств, путем его продажи, согласно отведенной ему роли, в неустановленное следствием время и месте незаконно приобрел у неустановленного следствием лица, с целью дальнейшего сбыта, наркотическое средство общей массой 9829 г., спрессованное в 10 брикетов прямоугольной формы, упакованное в пакеты из изоленты и в пищевую пленку, которое, согласно заключению эксперта, является наркотическим средством — гашишем, составляющий крупный размер; перевез его на автомобиле марки «» в », расположенного в г. Москве и определил его место хранение в гаражном боксе  до момента реализации им и его соучастником.

Указанные действия осужденного судом квалифицированы как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, по предварительному сговору группой лиц, в крупном размере.

Квалифицируя действия Огольцова А.В., как покушение на незаконный сбыт психотропных веществ, по предварительному сговору группой лиц, в крупном размере, то есть по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, суд мотивировал свой вывод о наличии у Огольцова А.В.

умысла на сбыт наркотических средств, обнаруженных в ходе осмотра гаражного бокса, его массой и расфасовкой, а также ссылкой на показания свидетелей — сотрудников полиции ФИО14.

, материалами оперативно – розыскной деятельности, заключением судебно-химической экспертизы.

Между тем, вывод суда о том, что действия Огольцова А.В. были направлены именно на сбыт изъятого в гаражном боксе наркотического средства, является предположительным, поскольку сам по себе объем обнаруженного наркотического средства – гашиша в крупном размере, находящегося в 10 брикетах, не могут однозначно свидетельствовать о наличии у него умысла на сбыт наркотического средства.

По смыслу закона, субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной формой вины, то есть умысел виновного должен быть направлен именно на распространение изъятого у него наркотического средства или психотропного вещества.

Как видно из материалов дела, осужденный Огольцов А.В. последовательно утверждал, что изъятое в ходе досмотра гаражного бокса наркотическое вещество, он перевез и оставил на хранение по просьбе его знакомого Александра за денежное вознаграждение, и данное его утверждение фактически судом не было опровергнуто.

Признавая в качестве доказательства вины Огольцова А.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ показания свидетелей ФИО15.- сотрудников полиции, о наличии у них оперативной информации о том, что Огольцов А.В. занимается сбытом наркотических средств, о задержании Огольцова А.В.

, в ходе которого последний указал на гаражный бокс, где оставил на хранение наркотическое средство, и где оно было обнаружено и изъято в пакете в виде 10 брикетов спрессованного вещества – гашиша; письменные материалы оперативно — розыскной деятельности, содержащие рапорты оперуполномоченных о наличии оперативной информации о причастности Огольцова А.В. к незаконному сбыту наркотических средств достоверными и допустимыми, суд первой инстанции не принял во внимание положения п. 2 ч. 2 ст. 75 УК РФ, согласно которым к недопустимым доказательствам, помимо прочих, относятся показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

Читайте также:  Скажите пожалуйста у меня продлится отпуск по уходу за ребенком?

Из положений ст. 89 УПК РФ следует, что в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно — розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ.

Из положений данных норм закона следует, что источники получения информации, полученной в результате проведения оперативно — розыскных мероприятий, должны быть проверяемы в результате следственных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным законом.

Между тем, судом не установлены источники сведений, из которых вышеназванным свидетелям — сотрудникам полиции, стало известно о том, что Огольцов А.В. занимается сбытом наркотических средств в связи с чем, допустимость показаний указанных свидетелей в части наличия оперативной информации, вызывает обоснованное сомнение.

Признавая Огольцова А.В. виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, суд не принял во внимание, что в представленных в суд материалах оперативно — розыскной деятельности, отсутствуют конкретные сведения о том, что Огольцов А.В. готовился к сбыту наркотических средств.

Сами по себе рапорты оперуполномоченных, а также их показания о наличии информации о том, что Огольцов А.В.

занимается незаконным оборотом наркотических средств, которые ничем иным не подтверждены, не могут служить достаточным основанием для вывода о том, что осужденный занимался незаконным сбытом наркотических средств и намеревался сбыть по предварительному сговору с неустановленным лицом изъятые наркотические средства.

Показания оперуполномоченного ФИО16 о том, что Огольцов А.В.

в ходе изъятия наркотических средств сообщил ему, что они предназначались для сбыта, не могут быть приняты судом в качестве доказательства обвинения, поскольку по смыслу закона следователь, дознаватель могут быть допрошены в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения показаний допрошенного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса подозреваемого или обвиняемого, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

Таким образом, каких-либо доказательств, опровергающих позицию осужденного, и бесспорно свидетельствующих о направленности умысла Огольцова А.В.

именно на сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, стороной обвинения в ходе судебного заседания представлено не было и в приговоре суда не приведено, что свидетельствует о предположительном характере вывода суда о покушении Огольцова А.В. на незаконный сбыт изъятых у него наркотических средств – гашиша.

Указанные обстоятельства позволяют прийти к выводу о необходимости внесения изменений в приговор суда и переквалификации действий Огольцова А.В. с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, предусматривающей ответственность за совершение незаконного хранения без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

При назначении наказания судебная коллегия учитывает установленные судом и изложенные в приговоре обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного Огольцовым А.В.

преступления и данные о его личности, а именно положительные характеристики, отсутствие судимости и обстоятельства смягчающие наказание: признание им вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию преступления, наличие на иждивении престарелой матери, гражданской жены,  сына, состояние его здоровья и состояние здоровья его матери, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, длительное содержание его под стражей. Наказание назначается по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ. При этом судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Судебная коллегия также не находит убедительных оснований для применения в отношении Огольцова А.В. дополнительных наказаний, предусмотренных санкцией ч. 2 ст. 228 УК РФ в виде штрафа или ограничения свободы.

Принимая во внимание, что Огольцов А.В. ранее не судим, впервые совершил преступление относящиеся к категории тяжких, в силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное ему наказание в виде лишения свободы надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

https://www.youtube.com/watch?v=MFDiqf_FOVw

На основании изложенного и руководствуясь ст. 401.14, ст. 401.15 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

кассационную жалобу адвоката Алексашкина С.В. в защиту осужденного Огольцова А.В. удовлетворить частично.

Приговор Зюзинского районного суда г. Москвы от 5 ноября 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 5 февраля 2020 года в отношении Огольцова ФИО17 изменить:

переквалифицировать действия Огольцова А.В. с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

  • В остальном приговор суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката – без удовлетворения.
  • Председательствующий
  • Судьи
  • Источник: Второй кассационный суд общей юрисдикции

❗️Кассационная жалоба для смягчения наказания. Пример кассационной жалобы по 228 статье. Обжалование приговора

В современной правовой системе часто случаются ситуации, когда приговор суда был несправедливым и виновному приходится терпеть чрезмерно суровое наказание. В этих незавидных случаях зачастую играет человеческий фактор, ведь судьи, принимающие неверные решения, тоже являются людьми и им вполне свойственно совершать ошибки.

Однако зачастую слишком серьёзные ошибки ломают гражданам судьбы, делая их в каком-то роде не виновниками, а жертвами. Конечно же, такие жестокие решения суда не являются окончательными и их можно обжаловать.

И тут на помощь обвиняемому приходит возможность подачи кассационной жалобы, являющейся неплохим шансом хотя бы немного смягчить не в меру суровый приговор суда. Соответственно, такой способ нужен только в том случае, если наказание не удалось смягчить посредством подачи искового заявления или с помощью жалобы в апелляционные судебные органы.

Как известно, кассационная жалоба необходима для пересмотра вердикта судебных органов 1-ой и 2-ой инстанции, а также для исправления ущемлённых прав человека. Её подают исключительно в ответ на вступивший в законную силу судебный приговор, дабы обжаловать некорректную трактовку или несоблюдение судебными органами прав обвиняемого гражданина.

В данной ситуации необходимо, чтобы обвиняемый ни в коем случае не забывал про процессуальные сроки, ведь их не нужно пропускать, потому что из-за этого в будущем будет невозможно обжаловать некорректный приговор.

В судебной практике нашей страны кассационные жалобы особенно популярны, когда дело касается 228-ой статьи Уголовного Кодекса Российской Федерации. Что же представляет из себя данная статья? Прежде всего, это незаконное приобретение, хранение, изготовление или перевозка наркотических веществ или растений.

Обвиняемые, которые были тем или иным образом связанные со сбытом и хранением запрещённых веществ, очень часто подавали кассационные жалобы, и некоторым из них даже удавалось скостить себе срок.

Ситуация такова, что 228-ая статья УК РФ включает в себя достаточно пунктов и примечаний, именно поэтому по всем делам, которые так или иначе связаны с наркотическими веществами, было довольно много обжалований.

Пример кассационной жалобы по 228-ой статье

Подобная ситуация произошла с гражданином А.В. Токмаковым, который был осуждён за совершение сразу 3-ёх преступлений на целых 11 лет тюремного заключения. Суд постановил, что обвиняемый нарушил 30-ую статью части 3 УК РФ (Приготовление к преступлению и покушение на преступление), часть 4-ую 228-ой статьи и 2-ую часть 228-ой статьи УК РФ.

В итоге сложив все статьи, в которых были обвинён Токмаков, суд назначил в общей сложности тринадцать с половиной лет в исправительной колонии. Соответственно, обвиняемый подал кассационную жалобу на жестокий приговор судебных органов от 30 сентября 2014-го года. 20 ноября того же года данный приговор был смягчён из-за тяжёлого состояния здоровья Токмакова.

Теперь обвиняемый должен был отсиживать за решёткой двенадцать с половиной лет, то есть приговор ему смягчили всего на год, а всё остальное оставили абсолютно без изменений. Однако после подачи кассационного заявления 20 ноября 2016 года наказание было ещё раз изменено.

Суд установил, что осуждённого необходимо считать виновным по статье 30 части 1 и статье 228 части 2 Уголовного Кодекса Российской Федерации (исключив из обвинения 2-ую часть этой же статьи). В итоге было официально решено, что осуждённый должен находиться в колонии строгого режима не 12 лет и 6 месяцев, а 9 лет и 6 месяцев, что уже является вполне серьёзным смягчением.

Если исходить из содержания приговора, то А.В. Токмаков был обвинен за три преступления, которые были напрямую связанные с оборотом наркотических веществ в крупном размере, причём всё это было совершено целой группой граждан. Как указали сами обвиняемые, наркотические вещества хранились без цели сбыта или передачи другим гражданам, а всего лишь для собственного употребления.

Все эти преступления были совершены Токмаковым и компанией в промежутке между июнем и октябрём 2013 года в городе Ялуторовске Тюменской области. Подавая кассационную жалобу, обвиняемый опротестовал законность и доказанность организованных по отношению к нему судебных приговоров и попросил о том, чтобы данные решения были пересмотрены.

Токмаков обосновывал свою кассационную жалобу тем фактом, что действия сотрудников Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков были незаконны и провокационны. Также он пожаловался на неверную трактовку данных преступлений, как оконченных, ведь все наркотические вещества были конфискованы.

Таким же образом обвиняемый заявил, что вынесенный судебными органами приговор является чрезмерно суровым, ведь он был вынесен без всякого учёта смягчающих обстоятельств.

Внимательно ознакомившись со всеми деталями дела подсудимого, Судебная коллегия решила следующее: поскольку Токмаков продавал и употреблял наркотические вещества, а также хранил у себя дома растения, содержащие тетрагидроканнабинол, то и статья 228 по-прежнему остаётся актуальной.

На своей явке с повинной обвиняемый заявил о том, что покупал для собственного употребления и дальнейшей продажи курительные смеси (или в простонародье «спайсы»). Группа граждан, которые являлись покупателями этих наркотических веществ, дали показания по поводу того, что приобретали наркотики у гражданина Токмакова.

Дело в том, что осмотрев автомобиль у одного из «приятелей» осуждённого, сотрудники правоохранительных органов нашли огромное количество бумажных фасовок с завёрнутой в них марихуаной.

Понятые, которые принимали непосредственное участие в оперативно-розыскных работах, стали свидетелями того, как полицейские изъяли солидную партию растения запрещённого на территории Российской Федерации. В общей сложности 13 сентября 2013 года правоохранительными органами было найдено 670 грамм марихуаны, что действительно является особо крупным размером.

Также коллегия признала некорректными заявления обвиняемого на тему того, что по отношению к нему были осуществлены какие-то провокационные действия со стороны сотрудников полиции. Вся доказательная база, которая была обнаружена в процессе обыска транспортного средства, нисколько не оспаривалась со стороны адвокатов обвиняемых, при этом не было каких-либо поводов для того, чтобы уличить полицейских в провокациях или подстрекательствах. Мало того, вся «контрольная закупка» была организована предельно правильно и грамотно, полностью следуя законам Российской Федерации и, соответственно, их не нарушая. Коллегия также установила, что сбыт наркотических веществ был полностью состоявшимся и, следовательно, оконченным, ведь в ходе «контрольной закупки» обвиняемый передал своему покупателю свёрток с марихуаной. Исходя из всех вышеперечисленных фактов, можно считать, что трактовка действий осуждённого вынесена судом верно.

Читайте также:  Одинокие могут усыновить ребенка?

Однако судебная коллегия посчитала, что всё же приговор, вынесенный Токмакову, подлежит некоторым изменениям.

Исходя из третьей части статьи 66 Уголовного Кодекса Российской Федерации, срок приговора за приготовление к преступлению и покушению на преступление не должен быть больше трёх четвертей самого максимального срока.

Поскольку Токмаков явился с повинной, сделал чистосердечное признание и признал собственную вину, а также сильно захворал в местах лишения свободы, то судебная коллегия решила смягчить приговор обвиняемому до 9 лет и 6 месяцев.

Заключение

Кассационная жалоба никогда не будет лишней, особенно, если подсудимому не получилось добиться смягчения наказания посредством искового заявления или при помощи жалобы в апелляционный суд. Как вы уже смогли заметить, пример с осуждённым за сбыт наркотических веществ – яркое тому подтверждение. Обвинённому гражданину А.В.

Токмакову удалось добиться смягчения приговора на три года. Хоть это и смотрится довольно несущественным смягчением, глядя на общий срок в двенадцать с половиной лет, но всё же лучше хоть что-то, чем совсем ничего.

В любом случае, всегда есть необходимость в том, чтобы хоть каким-нибудь образом скостить себе реальный срок, ведь жизнь человека довольно коротка, а проведение драгоценных лет в исправительных колониях её и вовсе не красит.

Образцы кассационных жалоб на снижение срока

Пример кассационной жалобы по статье 228

Пример кассационной жалобы по статье 111

Вопрос-ответ

Вопрос: Могут ли добавить срок по кассационной жалобе? Ответ: При подаче жалобы на рассмотрение в Кассационный Суд потерпевшей стороной пересмотр решения по приговору может быть ужесточен при условии, если после вступления в законную силу решения Суда нижестоящей инстанции еще не прошло 1 года.

Также подать прошение по кассации в части увеличения срока отбывания наказания виновному лицу по приговору может и прокуратура, ссылаясь в первую очередь на ч. 6 ст. 401 УПК РФ и приводя доводы, что повлияли на исход судебного разбирательства в части недостаточной строгости наказания, или же подсудимый был оправдан.

Когда инициатором пересмотра дела является осужденный, суд априори не может увеличить срок исполнения наказания. В судебной практике подобное происходит крайне редко в исключительных случаях. Причина понятна: система правосудия не заинтересована признать допущенные ошибки своих коллег рангом ниже в части несправедливости приговора по причине неправильного применения норм УК РФ.

Вывод: Допускается увеличение срока осужденному по кассационной жалобе только по предоставлению прокурора, потерпевшего или частного обвинителя.

Вопрос: В 2018 году городской суд приговорил меня  к 6 годам лишения свободы по ст.159 ч.4 исходя из причиненного ущерба государству более 34 млн.руб.

, апелляционным определением гражданский иск был направлен на новое рассмотрение и мне снизили иск до 6 мил.руб. Свой срок я отбыла полностью, последние 11 месяцев срока мне заменили на ограничение свободы.

Могу ли я снизить срок через подачу кассационной жалобы?

Ответ: В соответствии со статьей 80 УК РФ, лицо, которое отбыло большую часть срока наказания по приговору суда, имеет право ходатайствовать о замене оставшейся части срока на более мягкий вид наказания. При рассмотрении ходатайства учитывается личная характеристика осужденного, а также возмещение вреда в полном объёме. Скорее всего, именно по этой статье были заменены 11 месяцев оставшегося срока. Статья по которой было назначено основное наказание относится к разряду тяжких, поэтому, суд принимая это во внимания не мог вынести еще более мягкого наказания или вовсе освободить из зала суда.

Однако, есть Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 г. № 21 города Москвы «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора». В нем, в пункте 28, даётся разъяснение о том, что нельзя ограничивать осужденных в желаниях подавать в суды ходатайства.

Поэтому, если 11 месяцев ограничения свободы есть желание сократить, то можно подать как самостоятельное ходатайство, так и кассационную жалобу.

Последняя подается в случае, если Вы принципиально не согласны с заменой срока на более мягкий и можете привести официальные доводы, то есть, придется вооружиться доказательствами.

Вопрос: Если в настоящий момент в суде находится на рассмотрении ходатайство по 80 ст. УК на замену отбывания срока в ИК на принудительные работы, в случае удовлетворения ходатайства, можно ли будет подавать кассационную жалобу по первоначальному приговору на его смягчение?

Ответ: Согласно ст.80 УК допускается замена неотбытой части наказания более мягким. К примеру, если лицо осуждено на лишение свободы, ему могут заменить данное наказание принудительными работами. Указанный вопрос находится в ведении суда, предусмотрен определенный порядок его рассмотрения. Замена наказания – это вопрос исполнения приговора. Разумеется, замена наказания, назначенного по приговору суда, более мягким не лишает лица права на обжалование первоначального приговора, если ранее не были исчерпаны все возможности для обжалования приговора. Это можно сделать даже после того, как наказание отбыто. Однако, как показывает практика, в отсутствие существенных нарушений никто не будет вторгаться в приговор, который уже изменён. Если осужденный в целом согласен с приговором, существуют другие инструменты для его смягчения. Это, помимо ст.80 УК, условно-досрочное освобождение от наказания (ст.79 УК). Кстати, если первоначальный приговор будет смягчён, возникнет вопрос, что делать с постановлениями, которые смягчили ранее назначенное наказание.

Таким образом, хотя принципиального запрета нет, обжалование уже смягчённого приговора лишено практического смысла.

Вопрос: Статистика по статьям 131.1 и 132.1: какие гарантии, что смягчат срок?

Ответ: Насколько можно судить из вопроса, речь идёт о ч.1 ст.131 УК РФ (изнасилование) и ч.2 ст.131 УК РФ (изнасилование группой лиц, или с угрозой убийством, и т.д.).

Статистика в открытом доступе действительно есть – за 2020 г.

За минувший год было рассмотрено 1739 дел в отношении 1816 лиц, по 9 уголовным делам вынесены оправдательные приговоры (что ниже, чем статистическая погрешность).

В особом порядке рассмотрено 146 дел. Как по первой, так и по второй части ст.131 УК РФ предусмотрено лишение свободы. Гарантий на смягчение срока никто не даст. Исходя из сложившейся практики, назначат реальное снижение свободы. Добиться более мягкого наказания можно за счёт примирения с потерпевшей.

Также учитывается личность обвиняемого, его характеристики. Хотя суд и не должен руководствоваться мнением потерпевшей при избрании размера наказания, по делам об изнасилованиях на это обращают внимание. В случае примирения с потерпевшей, искреннего раскаяния, можно рассчитывать на минимальное наказание. 

Почему нам можно доверять?

  • • Стаж работы. Мы непрерывно работаем с 2008 года и постоянно улучшаем «продукт».
  • • Компетентность. Наши эксперты регулярно повышают квалификацию и принимают участие в написании материалов для профильных изданий.
  • • Публичность. 5.000 человек на YouTube канале «Бизнес по плану».

Записаться на консультацию

Остались вопросы? Разберем бесплатно простую задачу или проведем консультацию (Посмотреть пример)

Количество показов: 22295

31.05.2019

Обжалование приговора по уголовным делам о наркотиках адвокатом по ст 228

  • Ввиду нарушения уголовно-процессуального и уголовного закона. 1.1. При постановлении приговора, судом не учтено, что органами расследования нарушена процедура уголовного преследования и не выполнены требования уголовного закона при принятии решения о возбуждении уголовного дела

    Как усматривается из материалов уголовного дела, органами расследования и судом не учтены прямо предусмотренные уголовным законом обстоятельства, исключающие уголовную ответственность Мельникова Д.И. и, соответственно, исключающие возможность уголовного преследования Мельникова Д.И. с привлечением последнего в качестве обвиняемого и вынесения в отношении него обвинительного приговора.

    Следователем и судом не принято во внимание, что основное доказательство обвинения – наркотическое средство — получено с нарушением установленного законом порядка собирания доказательств. Это исключало возможность использования незаконно изъятого наркотического средства в качестве доказательства по уголовному делу о незаконном обороте наркотиков.

    Исходя из задач и целей доказывания при получении доказательств, собираемых органами предварительного расследования, в суд должны были быть предоставлены материалы уголовного дела, подтверждающие законность и обоснованность начала уголовно-процессуальной деятельности по пресечению незаконного оборота наркотических средств, в том числе, подтверждающие законность и обоснованность возбуждения такого уголовного дела, чтобы исключить привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновных граждан или граждан, уголовное преследование которых невозможно в силу законодательных запретов и ограничений.

    Как усматривается из материалов данного уголовного дела, оно было возбуждено по факту обнаружения и изъятия оперативными сотрудниками госнаркоконтроля у Мельникова Д.И. наркотического средства – героина, — о чем оперативными сотрудниками был составлен соответствующий акт досмотра и изъятия (том 1 л.д.7).

    Этот акт был исследован в судебном заседании как «иной документ» (протокол судебного заседания стр.17).

    В приговоре суд сослался на этот акт досмотра и изъятия, как на доказательство виновности Мельникова Д.И. в совершении приготовления к сбыту наркотического средства в особо крупном размере (приговор стр.3).

    Однако эти выводы суда ошибочны. Суд в приговоре дал неправильную юридическую оценку действиям оперативных сотрудников при составлении ими указанного акта. Сам по себе этот акт не может подтверждать виновность Мельникова Д.И.

    Напротив, акт досмотра и изъятия указывает на наличие обстоятельств, исключающих уголовную ответственность Мельникова Д.И.

    , но, не получивших надлежащей правовой оценки ни на досудебной стадии производства по уголовному делу, ни в суде первой инстанции.

    Эти обстоятельства, установленные законом, как исключающие возможность привлечения к уголовной ответственности по ст.

    228 УК РФ, не зависят от усмотрения должностных лиц, так как они императивно выражены законодателем в примечании 1 к статье 228 УК РФ, где прямо указано, что лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, добровольно сдавшее наркотические средства… и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств… освобождается от уголовной ответственности за данное преступление. Не может признаваться добровольной сдачей наркотических средств… изъятие указанных средств… при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

    Все эти предусмотренные уголовным законом юридические факты присутствовали, что обязывало следователя и судью руководствоваться примечанием 1 к ст.228 УК РФ.

    Настоящее уголовное дело было возбуждено 19.07.07 г следователем 4-го отдела Следственной службы Управления ФСНК РФ по г. Москве Матвеевой О.А. по признакам преступления, предусмотренного ч.2, ст.228 УК РФ (том 1 л.д.1).

    Принимая процессуальное решение о возбуждении уголовного дела, следователь руководствовался материалами оперативно-розыскной деятельности, представленными органом дознания с сопроводительным письмом и на основании постановления о передаче материалов ОРМ в следственный отдел (том 1 л.д.3-4).

    Однако, возбуждая уголовное дело по ст.228 УК РФ, следователь не учел примечание 1 к статье 228 УК РФ и не проверил выполнение оперативными сотрудниками этого положения уголовного закона.

    Соответственно, суд первой инстанции тоже этого не проверил и не дал никакой оценки этим действиям и решениям оперативных сотрудников и следователя, не выяснив, как невыполнение этого требования уголовного закона могло или не могло повлиять на возможность принятия решения о возбуждении уголовного дела, что, в свою очередь, повлияло на законность и обоснованность обжалуемого приговора.

    Поскольку на основе полученной оперативной информации, оперативными сотрудниками госнаркоконтроля на основании постановления (том 1, л.д.6) проводились в отношении Мельникова Д.И.

    лишь непроцессуальные проверочные действия в форме оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», которое не являлось ни задержанием, ни иным следственным действием по обнаружению и изъятию наркотических средств, то, оперативные сотрудники обязаны были не только представиться, что они сотрудники госнаркоконтроля, но, также разъяснить Мельникову Д.И.

    Читайте также:  Жалоба на незаконное возбуждение уголовного дела

    его права, обязанность и ответственность в связи с проводимой в отношении него (Мельникова) проверки, а именно – проверки возможной причастности Мельникова Д.И. к незаконному обороту наркотиков.

    Следователь должен знать, что в силу определенного в ст.89 УПК РФ условия, материалы оперативно-розыскной деятельности должны отвечать требованиям УПК РФ, в том числе, предусмотренным в ст.ст.

    11,16 УПК РФ, устанавливающим обязанность должностных лиц не только разъяснять гражданам их права и ответственность, но, принимать меры к обеспечению реализации гражданами своих прав без каких либо не основанных на законе ограничений.

    Поэтому при допросе оперативных сотрудников следователь обязан был выяснить, разъясняли ли они (оперативные сотрудники) Мельникову Д.И. его права, вытекающие из примечания 1 к ст.

    228 УК РФ, а если не разъясняли, то, почему. Если же разъясняли, то, почему эти их действия не отражены в акте досмотра и изъятия. Ничего этого нет в протоколах допросов оперативных сотрудников Маслова И.Ю.

    и Афанасенкова А.В.

    Следователь обязан был выяснить во время допроса Мельникова Д.И., спрашивали ли его (Мельникова) оперативники по поводу того, желает ли он (Мельников) воспользоваться своим правом добровольной выдачи наркотического средства?

    Такие действия оперативников должны были быть отражены в составленном ими протоколе и заверены подписями лиц, принимавших участие в оформлении указанного акта. В противном случае следователь должен был признать незаконность действий оперативных сотрудников и незаконность составленного ими акта досмотра и изъятия.

    Как видно из самого акта досмотра и изъятия (том 1 л.д.7), и на это не мог не обратить внимания следователь и затем суд первой инстанции при исследовании этого акта оперативного мероприятия, оперативные сотрудники не разъяснили Мельникову Д.И. ни содержание примечания к ст.

    228 УК РФ, ни порядок осуществления этого права, ни правовые последствия отказа от добровольной выдачи наркотиков или согласия их добровольно выдать. В связи с чем, Мельников Д.И.

    не смог в полном объеме воспользоваться принадлежащими ему (Мельникову) правами, гарантированными уголовным законом в примечании 1 к статье 228 УК РФ.

    Поэтому суд должен был исходить из того, что в сфере оперативно-розыскной деятельности именно на оперативные органы возложена обязанность разъяснить гражданам их права и обеспечить возможность реализовать свои законные права и интересы (статьи 3, 5 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»). Оперативные сотрудники этой своей обязанности не выполнили, права и ответственность Мельникову Д.И. согласно примечанию 1 к статье 228 УК РФ не разъяснили и не предложили воспользоваться правом добровольно выдать наркотики с последующим освобождением от уголовной ответственности.

    Тем самым оперативные сотрудники нарушили процедуру уголовного судопроизводства, не исполнив обязательные предписания уголовного закона, незаконно изъяли у Мельникова Д.И.

    наркотическое средство, лишив последнего возможности добровольно его выдать, после чего у сотрудников госнаркоконтроля отсутствовали бы правовые основания для дальнейшего проведения в отношении Мельникова Д.И.

    оперативно-розыскного мероприятия.

    То, что оперативные сотрудники представились Мельникову Д.И., а затем сразу произвели его (Мельникова) досмотр, подтверждается кроме вышеуказанного акта также справкой о результатах проведения ОРМ «наблюдение» (том 1, л.д.8), в которой тоже не зафиксированы действия оперативников по применению положений примечания 1 к статье 228 УК РФ.

    Данная справка также была исследована в судебном заседании (протокол судебного заседания, стр.13, низ).

    В приговоре суд сослался на эту справку, как на доказательство виновности Мельникова Д.И. (приговор, стр.4, верх), хотя эта справка не содержит в себе никаких сведений о том, что оперативные сотрудники разъясняли Мельникову Д.И. положения примечания 1 к статье 228 УК РФ и предоставили возможность добровольно выдать наркотик.

    Нарушение оперативными сотрудниками процедуры уголовного судопроизводства на досудебной стадии производства по уголовному делу ставит под неустранимое сомнение, во-первых, законность получения основного доказательства по таким уголовным делам – изъятого наркотического средства – факт наличия которого у Мельникова Д.И.

    подтверждается только вышеуказанным актом. Во-вторых, судом первой инстанции не устранено сомнение в законности и обоснованности решения следователя о возбуждении уголовного дела, поскольку вышеизложенные обстоятельства не были проверены в судебном заседании и не были оценены в приговоре.

    Такой приговор не может быть признан законным и обоснованным.

     

    1.2. Следователем и судом не учтены иные обстоятельства, свидетельствующие о незаконности получения доказательств В силу ч.3, ст.7 и ч.1, ст.

    75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением установленного УПК РФ порядка их собирания (получения, представления), не могут быть положены в основу обвинения. Обязанность проверки и оценки доказательств по правилам, установленным в ст.ст.

    87, 88 УПК РФ, возложена на органы расследования и суд, которые излагают свои выводы в процессуальных решениях.

    В материалах настоящего уголовного дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что следователь и суд проверяли допустимость и достоверность доказательств обвинения, на которых основан обвинительный приговор. Более того, вызывают сомнение некоторые доказательства, полученные следователем.

    а) заключение эксперта Основным доказательством по уголовным делам о незаконном обороте наркотиков является заключение химической экспертизы.

    По данному уголовному делу такая экспертиза была проведена (том 1, л.д.56-58).

    Заключение эксперта не имеет преимуществ перед другими доказательствами и может быть признано доказательством только в том случае, если отсутствуют разумные сомнения в достоверности этого доказательства.

    Заключение эксперта исследовано в судебном заседании (протокол судебного заседания, стр.13, низ).

    По рассматриваемому уголовному делу следователь и затем суд первой инстанции не учли, что это заключение эксперта имеет существенные противоречия по сравнению с имеющимся в материалах дела заключением специалиста № И-1/1172 от 19.07.07 г (том 1, л.д.11), на которое суд тоже ссылается в приговоре как на доказательство (приговор, стр.4, 3-й абзац, сверху).

    Так, во вводной части своего заключения эксперт указывает, что на судебную экспертизу поступил конверт с объектом.

    Далее на первой странице экспертного заключения, в пункте «внешний осмотр» эксперт указывает, что объект поступил на экспертизу в стандартном почтовом конверте.

    На 2 странице своего заключения (верх) эксперт описывает результаты внешнего осмотра конверта и указывает, что клапаны конверта заклеены и опечатаны отрезком бумаги белого цвета с оттиском круглой печати… и двумя неразборчивыми подписями (см. фото 2).

    Однако на фото 2 на фоне оттиска печати отчетливо видны, во-первых, …три подписи (две слева и одна справа относительно оттиска печати), а не две, как указывает эксперт.

    Почему данное экспертом описание конверта отличается от фотографии того же конверта можно было выяснить только посредством допроса эксперта в судебном заседании, однако, эксперт в суде не был допрошен. Из-за чего непонятно, тот ли конверт описывал эксперт, который изображен на фотографии, прилагаемой к заключению эксперта.

    Во-вторых, две подписи слева визуально отличаются от подписей лиц, подписавших акт досмотра и изъятия (том 1, л.д.7), а подпись справа от печати выполнена вообще неизвестным лицом, подпись которого отсутствует в акте досмотра и изъятия.

    Поскольку в суде первой инстанции вещественное доказательство не было исследовано, а указанное фото не предъявлялось ни оперативным сотрудникам, ни понятым для выяснения хотя бы принадлежности подписей на конверте, то, вышеизложенные противоречия можно устранить только при новом рассмотрении данного уголовного дела с выяснением того, кому принадлежат подписи на конверте, в котором было упаковано изъятое у Мельникова Д.И. наркотическое средство.

    Здесь же на 2 странице своего заключения (верх) эксперт следующим образом описывает объект исследования: в конверте находятся… пакет из бесцветного полимерного материала с застежкой типа «салазки»… фрагмент полимерного материала белого цвета, отрезок нити белого цвета.

    Однако специалист, который исследовал данный объект до эксперта, дает совершенно иное описание упаковки, в которой должен был находиться объект исследований: в конверте находится сверток из фрагмента полимерного материала белого цвета со следами термического воздействия (оплавления). Сверток перевязан фрагментом нити белого цвета (том 1, л.д.11).

    Из простого сопоставления и сравнения этих описаний мы делаем следующие выводы: специалист вскрыл и исследовал закрытый путем оплавления некий сверток белого цвета.

    А к эксперту попал лишь фрагмент первоначального свертка из материала белого цвета.

    Само наркотическое средство находилось уже в другой упаковке в виде пакетика из бесцветного материала, закрывающемся не путем термического запаивания (оплавления) как первоначальный сверток, а на застежку по типу «салазки».

    Мы совершенно исключаем то, что специалист не указал на застежку «типа салазки», если бы таковая имелась бы на упаковке (свертке, пакетике).

    Когда и от кого поступил этот конверт с наркотиком, эксперт не указывает. При этом непонятно, почему такая простейшая экспертиза проводилась целую неделю с 23 по 30 июля.

    По тексту заключения эксперта не указано, что при проведении экспертизы имели место перерывы в проведении восьмидневных исследований. Единственное объяснение вышеизложенному – то, что наркотическое средство было передано эксперту не с постановлением следователя, а …отдельно, 30.07.

    07 г неизвестным лицом, что недопустимо. Либо эксперт утерял полученный пакетик со всем его содержимым, не мог его найти и через неделю заменил утраченное на другое аналогичное вещество.

    Это подтверждается тем, что если посмотреть на фотографии свертка, сделанные специалистом и фотографии пакетика, сделанные экспертом, то, сверток и пакетик на фотографиях явно различаются и по виду и по размеру.

    При этом по смыслу сопроводительного письма начальника 4-го отдела Следственной службы УФСНК РФ по городу Москве Тюсиной Л.С. указанный конверт с наркотическим веществом был направлен эксперту19.07.07 г (том 1, л.д.53).

    Кроме того, специалист указывает, что на конверте имеется текст: на лицевой стороне конверта имеется рукописный текст «в конверте находится вещество… Однако согласно акта досмотра и изъятия никаких записей на конверте никто не делал. Когда появился этот текст и кем выполнен, судом не выяснено. При этом ни в своих объяснениях, ни в протоколах допроса никто не говорит о такой записи на конверте.

    Допрошенным в судебном заседании оперативным сотрудникам и «представителям общественности» текст на конверте не предъявлялся и суд не выяснял, им ли принадлежит указанный экспертом текст на лицевой стороне конверта, а также, был ли этот текст нанесен в момент первого опечатывания конверта или позднее. К следователю конверт поступил уже с нанесенным на лицевой стороне конверта текстом.

    Совершенно непонятно и следующее. Следователь производил осмотр конверта 07.08.07 г, о чем был составлен протокол осмотра предметов (том 1, л.д.63).

    Однако следователь дает описание конверта, существенно отличающееся от описаний, сделанных как экспертом, так и специалистом.

    Так, следователь указывает, что конверт опечатан печатью № 25, в то время, как специалист и эксперт указывают на печать № 24.

    Следователь также описывает, что боковая сторона конверта заклеена отрезком бумаги с оттиском штампа специалиста, выполнившего первичное исследование изъятого наркотического средства (том 1, л.д.11).

    Однако далее следователь указывает, что на верхней стороне конверта имеется срез, заклеенный отрезком бумаги белого цвета с оттиском штампа 1 отдела экспертно-криминалистической службы и рукописной пометкой выполненной красителем синего цвета Э-1/990-07 от 27.07.2007 г.

  • Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector