Верховный суд напомнил о свободе договора

Верховный суд напомнил о свободе договора

© Фото пресс-службы МВД России

Верховный суд России (ВС) напомнил, что правоохранители не вправе удерживать человека, если официально ему не предъявляют обвинений. На простом языке это означает, что если формально правоохранители не оформляют задержание, человек вправе встать и уйти после того, как разговор с полицией ему надоест.

Разъяснение ВС прозвучало в специальном обзоре судебной практики, пишет «Российская газета». В документе приводится уже достаточно старое, но все еще актуальное дело: когда с гражданином П. слишком долго беседовали в отделении оперативные сотрудники. Интерес силовиков к подобным «беседам» понятен.

Если задержание оформлено официально, то начинается юридический отсчет времени, что означает появление у полицейских определенных обязанностей в рамках закона. Если они «взяли» не того, то официально задержанный человек получает право на компенсацию.

Потому «опера» нередко поддаются соблазну подольше подержать человека в подвешенном состоянии, без оформления документов, но подобные действия являются нарушением закона.

Напомним, гражданин П. в итоге дошел до ЕСПЧ и отсудил у государства 9 тыс. евро компенсации морального вреда, а также 2,7 тыс. евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек. Как пояснили в Страсбурге, тот факт, что заявитель не мог свободно покинуть отделение, делает уже не принципиальным вопрос, прибыл ли он туда добровольно или же был туда доставлен.

«Действующие нормы закона не предусматривают право сотрудников удерживать в полиции лицо, которое не является подозреваемым либо обвиняемым, без наличия для этого законных оснований, в частности, оформления протокола задержания.

Срок административного задержания не может превышать 3 часа, — пояснил советник Федеральной палаты адвокатов России Нвер Гаспарян. — В отношении подозреваемого в совершении преступления протокол задержания должен быть составлен в срок не более 3 часов.

По смыслу закона, принудительное задержание лица более трех часов без составления протокола противоречит требованиям закона».

По поводу дела гражданина П. и иска в Страсбург ВС пишет: «Тот факт, что власти считали — заявитель не являлся задержанным по смыслу российского законодательства, не означал, что он не был лишен свободы в соответствии с положениями Конвенции».

Закон также не позволяет осуществлять допрос без адвоката, когда гражданин настаивает на его участии. Страсбургский суд подчеркнул, что международные нормы достаточно широко трактуют понятие «лишение свободы». Под него попадает и задержание. Если человеку, которому официально не предъявили никаких претензий, не дают уйти из полиции, это тоже лишение свободы.

«Вместе с тем в такой ситуации целесообразней не предпринимать действий, направленных на противодействие хотя бы и незаконным действиям сотрудников полиции, а безопасней сразу заявить о нарушении прав и зафиксировать незаконные действия (время доставления в отдел и превышение времени пребывания в нем) и затем их обжаловать и привлечь виновных должностных лиц к ответственности», — советует Гаспарян.

При этом если следователь официально, то есть под протокол, задает вопросы, человек должен ему честно отвечать, за исключением тех случаев, когда показания могут привести в тюрьму самого человека или его родных. «Самый распространенный случай свидетельского иммунитета — это право лица не давать показания против себя самого, своего супруга, близких родственников (ст.

51 Конституции РФ), — говорит Гаспарян. — Статья 56 УПК РФ предусматривает случаи, когда при определенных обстоятельствах не могут быть свидетелями отдельные субъекты (священнослужитель, судья, адвокат).

Во всех иных случаях граждане, которым известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, обязаны давать свидетельские показания и отвечать на вопросы».

Негативный отзыв не повод расторгать договор: ВС напомнил о праве клиентов на критику

Защищены ли компании от потребительского терроризма, а граждане от произвола со стороны бизнеса? Какими могут быть манипуляции с отзывами клиентов?

Верховный суд напомнил о свободе договора Александр Щербак/ТАСС

Глава Верховного суда Вячеслав Лебедев напомнил, что компании не могут отказывать клиентам в оказании услуг только за то, что покупатель публично раскритиковал контрагента. Это заявление Лебедев сделал на совещании судей судов общей юрисдикции и арбитражных судов, сообщает РИА Новости. А поводом стал кейс четырехлетней давности, который многие могут примерить на себя.

Многие СМИ вышли с заголовками из серии «Российские суды сохранили за гражданами право оставлять в интернете негативные отзывы об услугах тех или иных компаний». То есть ничего принципиально нового на самом деле не случилось, но напомнить все же стоит.

В 2018 году жительница Санкт-Петербурга купила абонемент в фитнес-клуб. Чек, подтверждающий оплату, ей пробили только после просьбы. Она возмутилась и написала отзыв даже не в интернете, а в жалобной книге этого же заведения.

Администрации клуба это не понравилось, и клуб в одностороннем порядке разорвал договор. Потому что клиентка, по мнению администрации, нарушила внутренние правила клуба, которые запрещают посетителям публично распространять сведения, порочащие его деловую репутацию.

Женщина обратилась в суд и в итоге дошла до Верховного суда, который встал на сторону истицы.

  • Возникает вопрос: не развязывает ли это руки так называемым потребтеррористам и не открывает ли дополнительные возможности для недобросовестной конкуренции? Основатель и креативный директор рекламного агентства Players Василий Ящук спокоен:
  • Василий Ящук основатель и креативный директор рекламного агентства Players
  • Правда, если конкурент найдет пару реальных клиентов соседнего фитнес-клуба, убедит их написать негативный отзыв, подтвержденный договором, а потом растиражирует это по соцсетям, потенциальные клиенты несправедливо обвиненного заведения, читая отзывы, разбираться не будут.

С другой стороны, вспоминается еще один нашумевший скандал с лишением соучредителя благотворительного фонда «Нужна помощь» Мити Алешковского бонусных миль и статуса платинового клиента авиакомпанией «Аэрофлот».

Все в том же 2018 году Алешковский опубликовал приказ на тот момент гендиректора «Аэрофлота» Виталия Савельева о запрете сотрудникам использовать мобильные телефоны в рабочее время.

И в х оскорбил Савельева.

«Аэрофлот» лишил платинового клиента Алешковского и статуса, и миль. Сославшись примерно на те же правила: участник бонусной программы может лишиться привилегий в том числе за публикацию сведений, порочащих деловую репутацию компании.

За личные оскорбления Алешковский потом извинился, но свой статус пошел отстаивать в суд. Но суд его иск не принял.

Подобный исход возможен и после выступления главы ВС Лебедева и его напоминаний, говорит руководитель коммерческой практики адвокатского бюро КИАП Юлия Кирпикова:

Юлия Кирпикова ​руководитель коммерческой практики адвокатского бюро КИАП

Получается, сохраняется некий статус-кво: клиенты до конца так и не защищены от требований из серии «нравится — не нравится, терпи», а бизнес не защищен от потребительского терроризма и манипуляций с отзывами от недобросовестных конкурентов. Спасибо всем за разъяснения и напоминания.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Выкинувшую дочь в мусоропровод москвичку приговорили к реальному сроку

В России оценили вероятность передачи турецких С-400 Украине

«Передача таких комплексов третьей стороне противоречит условиям договоров о поставке вооружений. Поэтому их передача повлечет за собой ряд последствий для Турции. Эрдоган на такой шаг не пойдет», – заявил газете ВЗГЛЯД военный эксперт Алексей Леонков. Ранее Пентагон подтвердил, что США предлагают Турции передать Украине российские ЗРК С-400.

«Если Турция согласится передать Украине закупленные у России зенитные ракетные комплексы С-400, это может привести к полному прекращению сотрудничества Москвы с Анкарой, поэтому турецкий президент Эрдоган в текущей ситуации не пойдет на такой шаг», – уверен военный эксперт, редактор журнала «Арсенал Отечества» Алексей Леонков.

Кроме того, для Эрдогана такая помощь Киеву будет означать «политическое харакири». «Турция купила эти комплексы, чтобы организовать свою противовоздушную оборону. Такой шаг вызвал скандал между Анкарой и Вашингтоном.

Кроме того, США исключили Турцию из программы производства самолетов F-35 и ввели ряд санкций.

В итоге на этом и строилась вся политическая платформа Эрдогана: он демонстрировал турецкому электорату, что является независимым и сильным лидером», – напомнил аналитик.

Собеседник также отметил, что ранее у Украины возникали технические сложности с комплексами прошлых поколений – С-200 и С-300.

Это связано с тем, что в 2014 году была нарушена интеграция между Москвой и Киевом, из-за чего обслуживание установок не велось, а гарантийный срок работы комплексов подошел к концу.

Кроме того, на Украине нет специалистов, обученных работе с системами С-400, а на их подготовку могут уйти месяцы, а то и годы.

«Что касается непосредственно турецких комплексов, то они по своим техническим характеристикам отличаются от тех комплексов, которые стоят на вооружении ВС России. Это ведь экспортный вариант. Например, дальность применения ракет у турецких комплексов меньше, чем у наших. Кроме того, у России есть множество систем, которые способны уничтожить подобные установки», – подчеркнул Леонков.

Ранее представитель Пентагона сообщил Sky News Arabia, что Соединенные Штаты постоянно ведут переговоры с Анкарой о возможности отказа Турции от С-400 российского производства и передаче их Киеву.

Взамен Соединенные Штаты предлагают вернуть Турцию в программу производства американских истребителей-бомбардировщиков пятого поколения F-35, а также отменить ряд санкций.

Также о возможности передачи комплексов С-400 Киеву сообщало агентство Reuters со ссылкой на свои источники.

В свою очередь спикер Госдумы Вячеслав Володин призвал США и страны НАТО прекратить отправку на Украину оружия и наемников, пополняющих ряды националистов. Он также возложил вину за милитаризацию и нацификацию Украины на президента США Джо Байдена и Конгресс.

В четверг администрация США обнародовала полный список поставленного Украине оружия. Президент США Джо Байден заявил, что власти Соединенных Штатов планируют передать Украине дополнительные вооружения, в том числе системы противовоздушной обороны, противотанковые комплексы, стрелковое оружие, боеприпасы.

Глава Белого дома отметил, что по запросу президента Украины Владимира Зеленского США нашли дополнительные системы ПВО большей дальности и боеприпасы к ним, сейчас идет поиск вариантов передачи систем Украине. Байден сообщил, что «в данный пакет помощи также входят девять тысяч противотанковых систем, семь тысяч единиц стрелкового оружия, а также 20 млн единиц боеприпасов».

Кроме того, Госдеп пообещал предоставить Украине советские или российские системы ПВО. В среду Зеленский попросил Конгресс США предоставить Киеву С-300 и другие системы ПВО.

Президент России Владимир Путин подчеркивал, что западные покровители просто подталкивают киевские власти к продолжению кровопролития, поставляют все новые партии вооружения, снабжают разведданными, оказывают и другую помощь, включая направление военных советников и наемников.

Читайте также:  Законопроект о признании режима повышенной готовности равным форс-мажору

Смотрите ещё больше видео на YouTube-канале ВЗГЛЯД

К вопросу о свободе договора и её пределах

Болясникова, Л. А. К вопросу о свободе договора и её пределах / Л. А. Болясникова. — Текст : непосредственный // Актуальные проблемы права : материалы V Междунар. науч. конф. (г. Москва, декабрь 2016 г.). — Москва : Буки-Веди, 2016. — С. 66-68. — URL: https://moluch.ru/conf/law/archive/224/11533/ (дата обращения: 21.03.2022).



Договоры существуют для того, чтобы их исполнял более слабый.

Карел Чапек

Принцип свободы договора разрабатывался в законодательстве различных стран в течение целых веков, начиная с эпохи Просвещения. Он начал зарождаться при переходе общества из феодальной в капиталистическую формацию. Изначально, на первых порах, свобода договора получила абсолютный и безграничный характер.

Однако со временем общество обнаружило негативные последствия такого подхода к свободе договора: экономически сильные субъекты стали диктовать свою волю слабым, вследствие чего появилась объективная потребность в установлении пределов с целью предотвращения злоупотребления правом, защиты слабой стороны договора, интересов и прав кредиторов.

Гражданско-правовое регулирование базируется на определенных идеях, началах — принципах гражданского права, которые отражены в п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту — ГК, ГК РФ) [1, ст. 1].

Основным методом гражданского права является диспозитивный метод, поэтому ему присущи такие черты, как юридическое равенство сторон, свобода и добровольность волеизъявления.

На этой основе базируется одно из главных начал частного права — принцип свободы договора.

В условиях рыночной экономики договор является одним из основных способов регулирования экономических взаимосвязей, который обеспечивает самостоятельное регулирование экономических отношений их участниками.

Принцип свободы договор призван обеспечить, прежде всего, свободу экономической деятельности, чтобы её субъекты могли свободно выражать свою волю, согласовывать интересы и определять действия для достижения желаемых целей в заключаемых между собой договорах.

В содержание свободы договора в соответствии со ст. 9 и 421 ГК РФ включаются четыре элемента.

Во-первых, свобода заключения договора, что подразумевает недопущение принуждения субъектов к вступлению в договорные отношения, за исключением случаев, когда обязанность заключать договор прямо предусмотрена законом.

Во-вторых, свобода выбора партнера, и хотя многие авторы не относят данный элемент к свободе договора, на наш взгляд, было бы целесообразно включить его в их, так как в соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ «граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права» [2, с. 486].

В-третьих, свобода выбора вида договора: субъектам гражданского права предоставляется право заключать любой договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом и иными нормативно-правовыми актами при условии, что такой договор не противоречит общим началам и смыслу законодательства (п. 1. ст. 8, п. 2 ст. 421 ГК РФ). По общему правилу при правовом регулировании смешанных договоров применяются правила о договорах, элементы которых в нем содержатся, о чем также говорится в п. 3 ст. 421 ГК РФ.

Данный элемент особенно важен для имущественно-гражданского оборота, так как законодательство неизбежно отстает от ритма постоянного развития общественных отношений, не успевая урегулировать их изменения нормами позитивного права.

И, в-четвертых, свобода содержания (условий) договора: стороны самостоятельно определяют содержание договора, если законом или иными нормативно-правовыми актами не устанавливаются пределы содержания каких-либо условий. Свобода содержания договора находит свое отражение и за пределами ст. 421 ГК РФ, например, в ст. 425 ГК РФ провозглашается свобода установления срока действия договора.

М. И. Брагинский выделяет два вида ограничений свободы договора: негативные и позитивные. Негативные ограничения предполагают установление законом, между кем и какие договоры заключаться не могут, а позитивные представляют собой либо обязанность заключить договор, либо обязательное включение в них определенных условий [3, с. 167].

Средствами ограничения свободы договора выступают: 1) императивные нормы права (согласно п. 1 ст.

422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения); 2) гражданско-правовые договоры (по отношению к другим договорам сторон, например, заключение предварительного договора в соответствии со ст.

429 ГК РФ, когда стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором); 3) административные правовые акты; 4) судебные правовые акты.

Свобода договора в ГК РФ имеет частные случаи ограничения: ст. 426 — публичный договор, когда обязанность заключать договор прямо предусмотрена законом; ст. 428 — договор присоединения, и другие императивные правила, которые должны соблюдаться в силу ст. ГК РФ всеми лицами при заключении договоров.

Тем не менее законодательных пределов свободы договора для эффективной реализации данного принципа стало недостаточно, в связи с чем Пленумом ВАС РФ было издано Постановление от 14 марта 2014 г. «О свободе договора и её пределах» № 16 [4].

Этим Постановлением был изменен подход к традиционному пониманию императивной и диспозитивной природы норм гражданского права, так как судам теперь следует толковать их с учетом целей, ради которых они были введены законодателем.

В условиях рыночной экономики субъекты не равны в своем материальном положении. И, дабы не допустить господства одних над другими и защитить публичные интересы, устанавливается принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и злоупотреблением свободой договора, которая является и правом сторон договорных отношений.

Отсутствие легального определения понятия «злоупотребления правом» ведет к противопоставлению законности и целесообразности, открывает широкую возможность для судебного усмотрения, в то время как практические работники, к сожалению, не пришли к единообразному применению ст. 10 ГК РФ, так как критерии злоупотребления правом весьма туманны и неопределенны.

Для предотвращения злоупотребления правом издаются различные Постановления Пленумов высших судов, на законодательном уровне принимаются нормы, призванные пресечь злоупотребление, однако определения, которое бы разрешило споры в науке и проблемы на практике, до сих пор нет.

И одной из главных причин принятия Постановления Пленума ВАС РФ № 16 являлось как раз предотвращение злоупотребления правом.

В целом, Постановление Пленума ВАС РФ № 16 следует оценивать положительно. Особым достоинством Постановления для развития судебной практики «является прямое указание судам на необходимость раскрытия причин и обстоятельств, по которым ими избирается тот или иной прием понимания и толкования норм права и условий договора.

Так, в любом случае, для вывода о том, является ли норма диспозитивной или императивной, суд обязан указать, каким образом на это влияет или само законодательное регулирование, или необходимость защиты определенных интересов» [5].

С другой стороны, данное постановление изменило порядок определения диспозитивной и императивной природы норм гражданского права правоприменителями, чем увеличило роль судебных органов при толковании договоров не по воле сторон, а исходя из целей правового регулирования.

Также по своей сути сложным является вопрос о том, как выяснить «существо и цели законодательного регулирования»: не будет ли разночтений в судебной практике? Тем не менее следует отметить, что данное правило направлено на предотвращение злоупотребления правом, в том числе и договорной свободой, путем противопоставления «буквы» и «духа» закона. Именно такое положение Постановления наставляет судей принимать решения, руководствуясь не только буквой, но и духом закона, принципами и аксиомами права.

Думается, что Постановление Пленума ВАС РФ № 16 оправдало себя и стало достаточно эффективным регулятором договорных правоотношений, а его положения следует полностью отразить в отдельном федеральном законе.

Законодательство РФ вводит ограничения свободы договора для её каждого основного элемента, что подтверждает отсутствие абсолютизма в подходе к данному правовому институту. Нельзя считать, что это негативное явление, так как меры направлены, прежде всего, на защиту справедливости, законности, а также недопущения злоупотребления свободой договора.

Литература:

  1. Гражданский кодекс Российской Федерации: федер. закон от 20 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1994. — N 32. — Ст. 3301.
  2. Гражданское право: в 2 т. Т. I: учебник: изд. пятое, перераб. и доп. / под ред. Ю. К. Толстого, А. П. Сергеева (автор главы — Н. Д. Егоров). — М.: Проспект, 2000. — С. 486.
  3. Брагинский М. И., Витрянский, В. В. Договорное право. Книга первая: Общие положения: Изд. 2-е, испр. — М.: «Статут», 2000. — С. 167.
  4. О свободе договора и её пределах: Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 // Вестник ВАС РФ. — 2014. — № 5.
  5. Хохлов В. А. Нормы права и формирование условий договора // Гражданское право. — 2015. — № 1 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справочная правовая система.

Основные термины (генерируются автоматически): ГК РФ, договор, свобода договора, РФ, предотвращение злоупотребления, Постановление Пленума, правовое регулирование, предварительный договор, рыночная экономика, судебная практика.

ГК РФ, свобода договора, договор, РФ, предотвращение злоупотребления, правовое регулирование, предварительный договор, рыночная экономика, судебная практика, Постановление Пленума.

ГК РФ, расторжение договора, договор, гражданскоправовой договор, сторона, договор купли-продажи, существенное нарушение договора, гражданское законодательство РФ, судебный порядок, расторжение договора обязательства сторон.

В статье проанализированы правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации и практика применения Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Читайте также:  Переселение из аварийного и ветхого жилья в 2022 году: условия, порядок и сроки переселения

договор, ГК РФ, непоименованный договор, Российская Федерация, правовое регулирование, свобода договора, принцип свободы договора, DCFR, смешанный договор, Гражданский Кодекс.

ГК РФ, расторжение договора, договор, гражданскоправовой договор, сторона, договор купли-продажи, существенное нарушение договора, гражданское законодательство РФ, судебный порядок, расторжение договора

Ключевые слова: принцип свободы договора, свобода договора, контрактная система, закупка, заключение договора, ГК РФ, свобода. Участники имущественного оборота, вступая в сделки, заключают договора гражданскоправового характера.

Ключевые слова: свобода договора, формирование условий договора, договор

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О

Основные термины (генерируются автоматически): страховое возмещение, ГК РФ, договор

ГК РФ, договор подряда, договор, выполнение, работа, выполнение работ, Гражданский кодекс, интеллектуальная деятельность, норма, Российская Федерация.

«Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015); Постановление Пленума Верховного Суда РФ

На злобу дня, или Одностороннее изменение банком условий заключенного договора — Право на vc.ru

О том, что банки имеют нехорошую привычку менять условия своих тарифов и правил обслуживания, сегодня знает почти каждый. И скажем без преувеличения: сталкивался с этим любой потребитель банковских услуг.

А чтобы в дальнейшем отнекиваться от любых претензий возмущенных граждан, банки хитро вписали в условия договоров и соглашений своих клиентов пункт о своем праве изменять эти условия в одностороннем порядке.

При этом все кредитные учреждения ссылаются на пункт 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, который гласит следующее:

{«id»:310499,»gtm»:null}

«Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором».

Вот и включают они, законопослушные, в наши договоры фразы, наподобие таких:

«Банк имеет право вносить изменения в Правила обслуживания Партнерских Карт в одностороннем порядке» [п. 5.12 Договора о комплексном банковском обслуживании физических лиц в АО «АЛЬФА-БАНК»; см. здесь].

«В соответствии с п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации Банк имеет право вносить изменения (в том числе устанавливать новые редакции) в Правила, включая Приложение к Правилам, и Тарифы Банка» [п. 5.1 Правил комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО); см. здесь].

«Банк вправе изменять настоящие Условия, Общие условия и/или Тарифы (Тарифные планы), направив Клиенту соответствующее уведомление не позднее дня, предшествующего дню изменений Условий, Общих условий и/или Тарифов (Тарифных планов) посредством Дистанционного обслуживания или разместив информацию об этом на сайте Банка в Интернет по адресу tinkoff.ru, если эти изменения не противоречат законодательству Российской Федерации» [п. 2.12 Условий комплексного банковского обслуживания физических лиц; Тинькофф Банк; см. здесь].

Вроде бы, всё шито-крыто, и банки действуют в рамках закона. Потому и клиентам приходится тихо и мирно проглатывать свое недовольство и продолжать пользоваться банковскими продуктами на новых условиях. На vc.ru подобные новости уже обсуждались не раз (например, в статье Сергея Ефимова «”Тинькофф” с 17 июля меняет условия обслуживания карт “Яндекс.Плюс”».

Когда дело доходит до суда, судьи первых судебных инстанций, как правило, встают на сторону ответчика – банка, мотивируя решение тем, что клиенты банков, подписывая договор, выражают свое согласие с Условиями обслуживания и с тем самым пунктом о праве банка на одностороннее изменение условий. Мол, сам же подписался; а значит: согласился. Следовательно, изменения происходят по достигнутому соглашению сторон.

Ярким примером этого является дело № 2-1453/2019, рассмотренное в конце 2019 года Ломоносовским районным судом Ленинградской области, по иску гражданина к ПАО «Сбербанк». В удовлетворении исковых требований истцу было отказано полностью.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда и определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции судебные акты судов нижестоящих инстанций были оставлены без изменения.Однако жирную точку в данном деле поставил Верховный суд Российской Федерации.

Судебная коллегия по гражданским делам выявила допущенные вышеуказанными судами существенные нарушения норм права (дело № 33-КГ20-6-КЗ).

Верховный суд указал на недопустимость одностороннего изменения кредитной организацией условий договора, даже когда гражданин согласился на это, поставив свою подпись в документе. Суды вовсе упустили из виду, что (в силу п. 2 ст.

310 ГК РФ) одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, допускаются только в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Однако (!) если исполнение обязательства связано с осуществлением предпринимательской деятельности не всеми его сторонами, то право на одностороннее изменение условий обязательства может быть предоставлено договором лишь стороне, не осуществляющей предпринимательскую деятельность, за исключением случаев, когда законом или иным правовым актом предусмотрена возможность предоставления договором такого права другой стороне.

На это же ВС ФР обращал внимание в абзацах 2 и 3 пункта 10 Постановления Пленума от 22 ноября 2016 г.

№ 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»: право на односторонний отказ от исполнения обязательства либо на изменение его условий может быть предусмотрено договором для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в отношениях между собой, а также для лица, не являющегося предпринимателем, по отношению к контрагенту. Предоставление договором права на отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий для лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, по отношению к лицу, не осуществляющему таковую, допустимо только в случаях, специально установленных законом или иными правовыми актами (абз. 2 п. 2 ст. 310 ГК РФ).

Видимо, суды не вдумываются в написанное. Потому что при вдумчивом чтении они обратили бы большее внимание на содержание ст.

450 ГК РФ, на которую сами же любят ссылаться: «Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором».

А ст. 310 того же Кодекса предусматривает такую невозможность.

Верховный Суд напомнил также про Постановление Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 г. № 4-П, в котором было отмечено, что гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет за собой необходимость ограничить свободу договора для другой стороны (в нашем случае – для банков).

Принимая во внимание, что заключенный между сторонами договор является универсальным, типовым, с заранее определенными условиями, с которыми истец знакомится при подписании договора, последний – как сторона в договоре – лишен возможности влиять на его содержание.

В итоге Верховный суд РФ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда и определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции отменил и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Ленинградский областной суд, с учетом замечаний судебной коллегии Верхового суда РФ, дело пересмотрел и вынес по делу новое решение: обязать банк вернуть всё, как было, на весь период действия договора, а также взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда и штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

Так стоит ли мириться с массовым произволом банков? Согласны ли вы на ухудшение условий заключенного с вами договора? Если нет, так, может, пришло время учиться отстаивать свои права? Ведь если банк будет нести убытки в связи с массовыми судебными разбирательствами, рано или поздно он поймет, что так делать нельзя. По крайней мере, хочется на это надеяться.

#право #банки #закон #верховныйсуд

Пять дел, где применили постановление Пленума ВС о договоре | Консалтинг.ру

25 декабря 2018 года Пленум Верховного суда принял Постановление № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора».

Как показывает анализ судебной практики, эти разъяснения больше всего пригодились для сторон публичных договоров, но в первую очередь ресурсоснабжения. Там поставщик не может отказаться от заключения сделки, зато стороны могут спорить об условиях.

Кроме этого, разъяснения применяются как вспомогательный источник в спорах по договорам услуг, подряда и так далее. Как они влияют на практику, можно понять из подборки интересных дел апелляционных и кассационных арбитражных судов.

Условия соглашения надо толковать так, чтобы не давать никому преимущество за счёт незаконного или недобросовестного поведения – такое положение гражданского законодательства напоминает п. 43 Постановления Пленума № 49. В договор нельзя вкладывать такой смысл, который стороны очевидно не могли иметь в виду.

Эти разъяснения применил АС Западно-Сибирского округа, когда исправил ошибки нижестоящих инстанций в деле № А45-27225/2016. Там трое заявителей-физлиц хотели включиться в реестр участников долевого строительства банкрота «СтройЦентра». Этому застройщику они заплатили деньги (от 1,8 до 3,2 млн руб.), но так и не дождались своих квартир в Новосибирске.

Пленум ВС Пленум ВС назвал правила заключения и толкования договоров

Но это не убедило две инстанции включить трёх заявителей в реестр участников долевого строительства. Дело в том, что у них были не обычные договоры участия в долевом строительстве, а более сложная схема.

«СтройЦентр» заключал с заявителями предварительные договоры о передаче правомочий по договору участия в долевом строительстве. В этом документе указывались реквизиты конкретной квартиры.

Затем «Бастион», кредитор «СтройЦентра», передал трём клиентам права требования к «Бастиону» по поставке, а они оплатили их в размере стоимости жилья. Таким образом, передачу денег они подтверждали квитанциями «Бастиона», а не «СтройЦентра».

Поэтому суды решили, что у кредиторов нет прав дольщиков, ведь в деле нет доказательств зачёта между должником и заявителями. Две инстанции пришли к выводу, что у них «иные требования», и отправили их в четвёртую очередь реестра. Фактически это лишило заявителей возможности получить квартиры или деньги.

Читайте также:  Незаконное усыновление, удочерение ребенка в 2022 году: уголовная и административная ответственность

Помог им окружной суд. Он напомнил, что нельзя трактовать договор так, чтобы одна из сторон пользовалась своим незаконным или недобросовестным поведением. Запрещено и такое толкование, которое стороны не могли иметь в виду.

Учитывая, что участники строительства нуждаются в повышенной защите, закон о банкротстве содержит большой перечень способов оформить обязательство застройщика передать жильё.

Это не только договор участия в долевом строительстве, но и соглашение о купле-продаже будущего жилья, предварительные договоры, договоры простого товарищества, привлечения заёмных средств и т. д.

Рассуждая таким образом, АС Западно-Сибирского округа иначе оценил сделки сторон. Как он обратил внимание, в заседании апелляции приняли участие более 50 граждан, которые утверждали, что попали в ту же ситуацию, что и три заявителя.

Предварительные договоры и договоры уступки требования заключались систематически. Непохоже, что люди хотели массово скупать требования к должнику по номинальной цене, а он собирался их исполнять, решила тройка судей под председательством Николя Лаптева.

Она сделала вывод, что все эти сделки притворные и прикрывали договоры долевого участия в строительстве. В итоге окружной суд отменил акты нижестоящих судов и включил трёх заявителей в реестр требований участников строительства.

Если у «СтройЦентра» не окажется прав на спорные квартиры, то долг трансформируется в денежный, но окажется не в четвёртой, а в третьей очереди, уточнила кассация.

Когда шесть месяцев – это не срок

Разногласия, которые возникли при заключении договора, можно разрешить в судебном порядке в течение шести месяцев (п. 2 ст. 446 ГК). Но из каждого правила есть исключения.

Это показывает пример дела № А12-39004/2018, где ООО «Краснополянский» требовало изменить договор теплоснабжения и горячего водоснабжения с «Концессиями теплоснабжения». Истец требовал, чтобы из расчёта площади отопления исключили неотапливаемый подвал.

Договор был заключён в 2016 году, а в суд компания обратилась в 2018-м.

Договор теплоснабжения заключили в 2016-м году, а в 2018-м управляющая организация решила через суд урегулировать разногласия при заключении договора. Суд решил, что так можно.

Это дало ответчику повод возражать против иска со ссылкой на п. 2 ст. 446 ГК, ведь «Краснополянский» пропустил шестимесячный срок на обращение в суд. Но две инстанции отклонили возражения со ссылкой на абз. 3 п. 41 Постановления Пленума ВС № 49.

Если одна сторона осуществляет предоставление, а другая его принимает, то суд не может отказать в иске из-за пропуска шестимесячного срока, разъяснил Верховный суд. Судя по материалам дела, можно предположить, что здесь была именно такая ситуация: «Концессии» подавали тепло, а «Краснополянский» его принимал.

С такой аргументацией 12-й ААС отклонил возражение ответчика.

Исполнялся ли договор

Разъяснения Пленума ВС напоминают судам, как правильно разрешать дела, где одна из сторон заявляет о незаключённости договора. Если не соблюдены требования к форме договора, то это ещё не значит само по себе, что он не заключён (п. 3).

В пользу того, что сделка заключена, могут говорить конклюдентные действия – когда сторона, не ответив на оферту, начала выполнять её условия (п. 6). Такие разъяснения суды применили в деле № А73-13179/2018, где ООО «Консалтинг групп» требовало с ООО «Механизмы и детали машин» 45 200 руб.

долга по оплате бухгалтерских услуг за апрель и май 2018 года. Подписан он так и не был, но исполнялся: бухгалтеры работали, а компания даже получила частичную оплату, указывал истец. Он предъявил платёжные поручения, сумма в которых совпадала со стоимостью услуг в проекте договора за два месяца.

Оказание услуг истец подтвердил тем, что ему передавали электронную цифровую подпись, а также электронной перепиской с адресов на mail.ru.

В этом сюжете

Ответчик возражал и указывал, что никакого договора не было. Более того, он подал встречное заявление и потребовал вернуть 45 200 руб., которые выплачены якобы по ошибке.

Суды признали необоснованными все требования. Отклоняя первоначальный иск, она сочла, что он не был обоснован. Договор, в том числе электронным способом, стороны не заключали.

Кроме того, истец не представил достаточных доказательств, что услуги оказывались и принимались.

Отказывая во встречном иске, АС Хабаровского края пояснил: в назначении платежей указано, что это за бухгалтерские услуги «за февраль и март 2018 года», поэтому суммы нельзя считать неосновательным обогащением.

6-й ААС подтвердил, что этот подход правильный. Учитывая то, что стороны так и не подписали договор, надо выяснить, совершали ли стороны конклюдентные действия, предусмотренные проектом. Переписка не содержит необходимых реквизитов, не доказано, что эти адреса на mail.

ru действительно принадлежали уполномоченным представителям компаний, указала апелляция. Факт передачи электронной цифровой подписи тоже не подтверждает оказания услуг в апреле и мае, потому что клиента обслуживали ещё и в феврале и марте.

С таким обоснованием вторая инстанция оставила решение первой без изменения.

Выбрать из двух редакций

Пункты 39 и 40 Постановления Пленума № 49 инструктируют суды, как разрешать разногласия сторон по поводу отдельных условий договора.

Это может пригодиться в делах о понуждении заключить договор или об урегулировании разногласий по условиям договора. Спорные условия выносятся на обсуждение сторон.

Затем суды выносят решение, учитывая мнение сторон, обычную договорную практику, особенности конкретного соглашения и другие обстоятельства дела.

Так поступил 11-й ААС в споре МКП «Теплоснабжение г. Пензы» и УО «Лев» (дело № А49-13765/2018). Они хотели урегулировать разногласия об условиях договора поставки горячей воды в многоквартирный дом.

В одном из пунктов говорилось, какие данные должна передать ресурсоснабжающая организация управляющей, чтобы можно было определить объём потребления.

«Теплоснабжение Пензы» предложило направлять абоненту сведения о показаниях индивидуальных приборов учёта жителей, а «по запросу абонента» – «иную информацию». А управляющая организация хотела получать сведения о сумме начислений собственникам.

Первая инстанция встала на сторону «Льва» и утвердила спорный пункт договора в его редакции. Она обязала «Теплоснабжение Пензы» передавать данные, какие счета предприятие выставляет жителям. Но предприятие с этим не согласилось и обратилось в апелляцию. Оно просило учесть, что речь идёт о договоре ресурсоснабжения. А значит, надо применить пп.

е (1) п. 18 Постановления Правительства от 14 февраля 2012 года № 124 «О правилах, обязательных при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами». В нём говорится, что ресурсоснабжающая организация обязана передавать показания квартирных приборов учёта. А перечень иных сведений, которые она должна сообщать, согласовывают обе стороны.

С этим согласилась апелляционная коллегия под председательством Светланы Романенко. Она указала, что в нормах права не закреплена обязанность ресурсоснабжающей организации раскрывать суммы начислений.

Поскольку это условие спорное и стороны не пришли к согласию, использовать его или нет, суд должен исключить его из договора.

С такой мотивацией 11-й ААС утвердил формулировку в редакции «Теплоснабжения Пензы».

Важные условия договора

АО «Научно-исследовательский институт резиновых покрытий и изделий» (общество) подало иск к «Центральному научно-исследовательскому институту судового машиностроения» (институт), в котором просило признать договор заключённым и взыскать с ответчика 21,7 млн руб. убытков (дело № А56-65901/2017).

История началась в августе 2016 года, когда институт предложил обществу выполнить опытно-конструкторские работы для военно-морского флота, а также подписанное техническое задание. В октябре заказчик просил приступить к делу немедленно и не дожидаться оформления контракта.

В январе 2017-го исполнитель написал, что готов начать работу по первому этапу, и просил ускорить подписание договора. Этого так и не было сделано, хотя стороны вели переписку. В частности, в ней ответчик просил истца представить подробный перечень работ по позициям, а истец присылал такой список.

Но весной 2017-го институт сообщил, что провёл расчёты и пришёл к выводу о нерентабельности заказа.

Заказчик сначала попросил начать исполнять работы без договора, а потом отказался его подписывать, потому что решил, что это нерентабельно.

Несмотря на то что договор так и не подписали, общество утверждало, что полностью выполнило задачу по первому этапу работ в размере 21,7 млн руб. Оно решило взыскать эту сумму через суд, а ещё признать договор заключённым, потому что заказчик подписал техническое задание, а исполнитель приступил к его реализации.

Но три инстанции отклонили требования общества, потому что сочли, что договор не заключён, ведь документ подписала только одна сторона. Подписанное техническое задание тоже не говорит в пользу истца. Ведь даже после него стороны вели переписку о перечне работ, а значит, условия сделки нельзя считать согласованными.

АС Северо-Западного округа, поддерживая нижестоящие инстанции, сослался на п. 2 Постановления Пленума ВС № 49. Там говорится, что договор заключён, когда согласованы все его существенные условия. Это не только те, что указаны в законе, но и те, которые считает необходимыми одна из сторон, говорится в пункте постановления.

Например, если участник переговоров предложил условие о цене и предложил её согласовать, оно является существенным, даже если закон не называет его обязательным для сделок такого рода. Эти разъяснения Пленума ВС процитировал окружной суд.

Он отметил, что проект договора подписал только истец, а стороны не достигли согласия относительно порядка оплаты работ и своей ответственности (скорее всего, такие условия значились в документе).

Взыскать стоимость работ обществу не удалось: суды решили, что он делал их на свой страх и риск в рамках подготовки к выполнению договора.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector