Образец ходатайства о признании результатов ОРД не допустимыми доказательствами

Следователю ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области

адвоката А. А.,
(адвокатский кабинет, г. Омск, ул. _____)

ходатайство о признании доказательств недопустимыми

30.01.2009г. следователем ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области капитаном юстиции Ф. вынесено постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Л. по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 204 УК РФ.

2 марта 2009г. следователем ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области капитаном юстиции Ф. было вынесено два постановления о назначении фоноскопических судебных экспертиз, объектом которых являлись фонограммы, записанные на оптический диск DVD+R / №PEP6К8L110200840/ и на оптический диск CD-R / №3115МВ202LY10472/.

  • Указанные оптические диски с фонограммами, являются недопустимыми вещественными доказательствами по следующим основаниям.
  • 1. Как следует из заключения эксперта № 415, 416 и 417, 418, на экспертизу представлены:
  • «DVD+R / №PEP6К8L110200840/»
    «CD-R / №3115МВ202LY10472/.»
  • Как указывает эксперт, «упаковка нарушений не имеет».

Как следует из исследовательской части обоих заключений (практически идентичных по содержанию, за исключением приложения), «..материал поступил на исследование в упакованном виде.

Упаковка представляет собой пакет из бумаги белого цвета размером 210×148 (и 209×149) мм. (иллюстрация 1). Края пакета скреплены металлическими скобами.

На пакете имеется сопроводительная надпись, выполненная рукописным способом красящим веществом синего цвета, «видио ОРЧ КМ БЭП-1 УВД диск 25с» (и, соответственно, «аудио ОРЧ КМ БЭП-1 УВД диск 27с»).»

Упаковка, как следует из заключения экспертов, не имеет ни печати органа, производящего ОРМ, ни подписей, ни иных средств «защиты», делающих невозможным или затруднительным вскрытие конверта без последствий в виде видимых внешних его повреждений. Упаковка с помощью степлера «опечатыванием» являться не может.

Согласно статье 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.

Как следует из статьи 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно статье 8 Закона «Об ОРД», фонограммы, полученные в результате прослушивания телефонных и иных переговоров, хранятся в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность их прослушивания и тиражирования посторонними лицами… В случае возбуждения уголовного дела в отношении лица, телефонные и иные переговоры которого прослушиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом, фонограмма и бумажный носитель записи переговоров передаются следователю для приобщения к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. Дальнейший порядок их использования определяется уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации.

Уголовно-процессуальное законодательство определяет порядок использования фонограммы следователем в статье 186 УПК РФ, часть 6 которой указывает, что «следователь в течение всего срока производства контроля и записи телефонных и иных переговоров вправе в любое время истребовать от органа, их осуществляющего, фонограмму для осмотра и прослушивания. Она передается следователю в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором должны быть указаны даты и время начала и окончания записи указанных переговоров и краткие характеристики использованных при этом технических средств».

Таким образом, полученные в рамках ОРМ «оперативный эксперимент» фонограммы не опечатывались, следователю передавались не в опечатанном, а в упакованном виде. Законодательство содержит императивные нормы, указывающие на обязательность опечатывания, несоблюдение процедуры в данном случае не может считаться несущественным нарушением норм процессуального права.

Невыполнение указанных требований закона делает невозможным в стадии предварительного следствия признать данную фонограмму вещественным доказательством, так как невозможна проверка данного доказательства в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 88 УПК РФ, согласно которой «каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности».

2. Слова «опечатывать» и «упаковывать» не являются синонимами в русском языке, означают разные действия и процедуру.

Так, «Новый словарь русского языка» значение УПАКОВЫВАТЬ определяет как «складывать багаж, вещи, собирая вместе, увязывать их». (Новый словарь русского языка. Толково-словообразовательный. Автор Т. Ф. Ефремова. Печатное издание М.: Русский язык, 2000)

Толковый словарь В. Даля определяет значение УПАКОВЫВАТЬ как «укладывать вещи, для отсылки, перевозки; завертывать и складывать в ящики, бочки, в тюки, и увязывать».

Согласно «Словарю русского языка» УПАКОВЫВАТЬ — уложить, увязать в пакет, в тюк. Упаковать книги. Я унес портрет в столовую и бережно упаковал его в тюк с подушками и одеялом (Словарь русского языка в 4-х томах. Т. 2 – 1999)

Между тем, ОПЕЧАТЫВАТЬ понимается как накладывать государственную печать для сохранения в неприкосновенности. (Новый словарь русского языка. Толково-словообразовательный. Автор Т. Ф. Ефремова. Печатное издание М.: Русский язык, 2000)

ОПЕЧАТАТЬ — сов., перех. (несов. опечатывать). Наложить печать на что-л. для сохранения в неприкосновенности; запечатать (Словарь русского языка в 4-х томах. Т. 2 – 1999)

Таким образом, если «опечатывание» (в русском языке) понимается как «наложение печати», то «упаковывание» означает «складывание, укладывание вещи».

С указанием эксперта о том, что «упаковка нарушений не имеет» трудно не согласиться, потому как «упаковка» по определению не может иметь нарушений, в отличии от опечатанной упаковки.

Скрепление упаковки степлером также не превращает ее в «опечатанную», хотя бы по той простой причине, что раскрепить металлические скобы, произвести манипуляции с диском и снова скрепить без видимых повреждений не представляет труда любому неспециалисту, это является общеизвестным фактом.

3. Заключения экспертов № № 415, 416 и 417, 418 являются недопустимыми доказательствами, так как представленные эксперту следователем оптические диски с фонограммами, которые должны были стать объектами исследования не соответствуют тем дискам с фонограммами, которые фактически исследовали эксперты.

  1. Как следует из заключения эксперта № 415, 416 на экспертизу представлены (согласно постановления о назначении фоноскопической судебной экспертизы):
  2. «DVD+R / №PEP6К8L110200840/»
  3. Как следует из заключения эксперта № 417, 418 на экспертизу представлены (согласно постановления о назначении фоноскопической судебной экспертизы):
  4. «CD-R / №3115МВ202LY10472/»
  5. Однако, из Заключения экспертов № 415, 416:

«При вскрытии упаковки из нее был извлечен стандартный DVD+R диск (см. иллюстрацию 2). На диске имеются надписи, выполненные типографским способом, «TDK DVD+K 1-16x 4.7 GB DATA/VIDEO RW DVD+R». Вокруг установочного отверстия имеются маркировочные обозначения

«PFP6K8 1 110200840».

Из Заключения экспертов № 417, 418:

«При вскрытии упаковки из нее был извлечен стандартный CD-R диск (см. иллюстрацию 2). На диске имеются надписи, выполненные типографским способом, «CD-R LG 100MB 80 min 52x COMPACT disc Recordable». Вокруг установочного отверстия имеются маркировочные обозначения

  • «3115МВ202LH10472».
  • Таким образом, следователем предоставлялся эксперту диск с номером: PEP6К8L110200840
  • При вскрытии конверта эксперт обнаружил там диск с номером: PFP6K8 1 110200840
  • Второй диск представленный следователем эксперту имел номер: 3115МВ202LY10472
  • При вскрытии конверта эксперт обнаружил диск с номером: 3115МВ202LH10472
  • Вышеуказанные заключения экспертов не являются в связи с вышеизложенным относимыми и достоверными доказательствами.
  • Можно предположить, что подмена дисков («упакованных» степлером бумажных пакетов) стала возможной в результате нарушения вышеуказанных норм статей 8 Закона «Об ОРД» и статьи 186 УПК РФ.
  • На основании изложенного, руководствуясь статьей 88 УПК РФ, прошу:
  • признать недопустимыми доказательства по уголовному делу № 353942:
  1. фонограммы, записанные на оптический диск DVD+R / №PEP6К8L110200840/ и на оптический диск CD-R / №3115МВ202LY10472/.
  2. Заключение эксперта № 415, 416 ЭКЦ УВД по Омской области;
  3. Заключение эксперта № 417, 418 ЭКЦ УВД по Омской области.

____________ Адвокат А. А. 03.04.2009г.

См. другие документы по данному уголовному делу:

  • Ходатайство об истребовании доказательств по делу (статья 201 УК РФ) — бухгалтерских балансах, приложений к ним, содержащих сведения о стоимости активов организации-потерпевшего
  • Ходатайство о назначении повторной фоноскопической экспертизы, истребовании из органа, проводившего ОРМ «оперативный эксперимент» оригиналов фонограмм
  • Ходатайство о назначении лингвистической экспертизы по делу о коммерческом подкупе (ст. 204 УК РФ): «имеются ли высказывания, содержащие указания, требования, просьбы, призывы к передаче денежных средств одного из участников представленного диалога другому?»
  • Ходатайство о признании доказательств недопустимыми (фонограмм по уголовному делу): «признать недопустимыми фонограммы, записанные на оптический диск DVD+R»
  • Жалоба в суд на постановление о возбуждении уголовного дела по статье 204 УК РФ: «признать постановление, вынесенное следователем, незаконным»
  • Кассационная жалоба на постановление на постановление районного суда об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на постановление о возбуждении уголовного дела
  • Кассационная жалоба на постановление районного суда об отказе в признании незаконным постановления о возбуждении уголовного дела
  • Жалоба прокурору на постановление следователя об отказе в предоставлении фонограмм: «постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства защитника о предоставлении копий фонограмм на представленный защитником носитель признать незаконным и отменить»
  • Жалоба прокурору на постановление следователя об отказе в признании доказательств недопустимыми: «постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства защитника о признании доказательств недопустимыми признать незаконным и отменить»

Все документы в суд (процессуальные документы):

Читайте также:  Возможно ли взыскание алиментов на ребенка после 18 лет?

Исковые заявления в суд;
Заявления в суд (публичные правоотношения, особое производство..

);
Ходатайства в суд, заявления;
Возражения (отзыв) на исковое заявление, жалобу, доводы в суд;
Жалобы в суд (апелляционные, кассационные, надзорные, частные);
Жалобы на постановление по делу об административном правонарушении;
Жалобы в прокуратуру, иные органы власти;
Жалобы, заявления, ходатайства в уголовном процессе;
Иные процессуальные документы;
Досудебные претензии (образцы), требования, ответы на претензии

Кс рф: результаты орм не являются доказательствами

Конституционный Суд вынес Определение № 2801-О/2017 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» УПК РФ.

По мнению заявителя, данное законоположение противоречит Конституции РФ, так как позволяет признавать в качестве доказательств по уголовному делу результаты негласной аудио- и видеозаписи, полученные без судебного решения и без рассекречивания сведений о характеристиках технических средств, использованных при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Отказывая заявителю, КС РФ вновь указал, что применение технических средств фиксации наблюдаемых событий не предопределяет необходимости вынесения о том специального судебного решения, которое признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина. А осуществление негласных ОРМ с соблюдением требований конспирации и засекречивания сведений в области оперативно-розыскной деятельности, в том числе сведений об использованных средствах, само по себе также не нарушает прав граждан.

  • Конституционный Суд напомнил, что, согласно УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются «любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном этим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».
  • При этом Суд подчеркнул, что результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Закона об оперативно-розыскной деятельности, могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.
  • Комментируя определение, адвокат АБ «ЗКС» Кирилл Махов отметил, что Конституционным Судом РФ верно отмечено, что само по себе применение технических средств фиксации наблюдения событий не предполагает необходимости вынесения о том специального судебного решения при проведении ОРМ – это необходимо только в случае проведения ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан, которое может, в том числе, осуществляться с применением технических средств.

Эксперт добавил, что сведения (аудио- и видеозаписи), полученные в ходе ОРМ с использованием технических средств записи, становятся доказательствами по уголовному делу после проведения осмотра цифрового накопителя, на котором находятся данные записи и вынесения соответствующего постановления о признании вещественным доказательством. Но на практике часто возникают вопросы именно по порядку предоставления данных ОРМ в следственный орган.

«Приказами МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г.

“Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд” определен порядок представления оперативными подразделениями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд при наличии в них достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

И уже в случае выявления нарушений данной инструкции возможно на предварительном следствии и в суде заявлять о признании недопустимыми доказательств, полученных в ходе ОРМ», – указал адвокат.

Кирилл Махов добавил, что очень часто у правоприменителей возникают вопросы в законности проведенных ОРМ и, как следствие, признании этих результатов доказательствами. Определение КС РФ в очередной раз подтверждает, что к изучению материалов уголовного дела и в особенности материалов проведенных ОРМ необходимо подходить с особенной тщательностью.

Доцент кафедры уголовно-процессуального права Университета им. О.Е. Кутафина Артем Осипов пояснил, что данное определение отражает устоявшиеся правовые позиции Конституционного Суда РФ в отношении конституционно-правового смысла положений ст. 89 УПК РФ.

При этом эксперт высказал сожаление, что данные правовые позиции на протяжении многих лет так и не привели к преодолению одного из главных парадоксов современного доказательственного права, связанного с неопределенностью условий и форм трансформации результатов ОРД в доказательства по уголовным делам.

По его словам, ситуация усугублена несоответствием многих положений российского Закона об оперативно-розыскной деятельности международным стандартам правовой определенности, на что неоднократно обращал свое внимание ЕСПЧ в ряде постановлений («Ахлюстин против России» от 7 ноября 2017 г., «Веселов и другие против России» от 2 октября 2012 г.

, «Быков против России» от 10 марта 2009 г. и иные).

«Свидетельством такого несоответствия является и отсутствие независимой процедуры санкционирования ряда ОРМ, сопряженных с риском провокационного воздействия властей, и отсутствие положений о судебном санкционировании использования технических средств фиксации поведения и бесед фигурантов оперативных мероприятий за пределами их жилища. Отсутствие механизмов судебного контроля, сфера которого включала бы в себя оценку необходимости и пропорциональности проводимых ОРМ предусмотренным законом целям, не позволяет рассматривать плоды такой деятельности как в качестве источника надлежащих доказательств, так и доказательств в собственном смысле слова. Тем не менее на практике суды общей юрисдикции при рассмотрении уголовных дел в абсолютном большинстве случаев ссылаются в обвинительных приговорах на результаты ОРД именно как на доказательства, перечисляя через запятую показания свидетелей, рапорты и служебные записки», – пояснил Артем Осипов.

Эксперт заключил, что отсутствие принципиальной новизны в определении Конституционного Суда РФ указывает на то, что оно не приведет к заметному изменению правоприменительной практики.

Адвокат АП Краснодарского края Алексей Иванов в свою очередь отметил, что охотное использование результатов ОРД в качестве доказательств, не только правоохранительными органами, но и судами, не является секретом.

«Несмотря на то что ранее КС РФ неоднократно высказывался о том, что “результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов”, для правоприменителя это не имеет решающего значения.

А адвокатские возражения и ссылки на правовые позиции КС РФ нередко не принимаются во внимание, что только подстегивает правоохранительные органы к использованию в виде доказательств подобные “суррогаты”», – заметил эксперт.

Алексей Иванов считает, что заявитель жалобы поставил актуальный и давно требующий ответа вопрос: насколько практика признания в качестве доказательств по уголовному делу результатов негласной аудио- и видеозаписи, полученных без судебного решения, соответствует Конституции?

«Жаль, что в очередной раз при рассмотрении принципиальнейшего вопроса КС РФ не нашел оснований для рассмотрения жалобы по существу.

Увы, но подобное давно стало печальным трендом в деятельности Конституционного Суда.

А нежелание рассматривать жалобы по важнейшим вопросам сказывается на правоприменительной практике и негативно отражается на правах и свободах российских граждан», – заключил Алексей Иванов.

Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.02.2019 N 56-АПУ19-2

  • ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • от 19 февраля 2019 г. N 56-АПУ19-2
  • Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Боровикова В.П.

судей Ермолаевой Т.А., Русакова В.В.

при секретаре Ивановой А.А.

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Коробейникова Д.В. и адвоката Ковзана Ю.Ю. на приговор Приморского краевого суда от 20 ноября 2018 года, по которому

КОРОБЕЙНИКОВ ДМИТРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ, < ... > , не судимый,

осужден к наказанию:

— по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (действия с наркотическим средством 650,81 г) — в виде лишения свободы сроком на 9 лет, со штрафом в размере 500 000 рублей;

— по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (действия с наркотическим средством 421,99 г) — в виде лишения свободы сроком на 15 лет, со штрафом в размере 600 000 рублей;

— по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (действия с наркотическим средством 49412,48 г) — в виде лишения свободы сроком на 9 лет 6 месяцев лишения свободы, со штрафом в размере 900 000 рублей.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения основного и дополнительного наказаний, окончательно к отбытию определено 17 лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 1 500 000 рублей,

Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., выступления осужденного Коробейникова Д.В. и адвоката Левиной Н.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Шохина Д.Э., просившего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

по приговору суда Коробейников признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, незаконном сбыте наркотических средств в особо крупном размере, покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Преступления совершены в 2015 — 2016 гг. в Приморском крае при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Читайте также:  Возврат дивана в магазин по закону: сроки, порядок, образцы претензий

В апелляционной жалобе адвокат Ковзан Ю.Ю. просит об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение. Адвокат указывает, что обвинение построено лишь на показаниях В., дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Суд необоснованно не принял во внимание заявление Коробейникова в судебном заседании о том, что он не просил В. переводить 500 тысяч рублей гражданину Китая. Эти показания ничем не опровергнуты и должны быть истолкованы в пользу Коробейникова.

Осужденный Коробейников в жалобе и неоднократных дополнениях также оспаривает законность и обоснованность приговора, указывая, что он построен на голословных показаниях заинтересованного лица (В.), которые он подробно приводит в жалобе и дополнениях к ней, анализирует их и дает им свою оценку. Осужденный считает, что его (В.

) показания являются недопустимыми и недостоверными доказательствами. Осужденный также ссылается на нарушение права на защиту, поскольку суд не дал ему возможности ознакомиться с материалами дела, и он не смог надлежаще подготовиться к защите.

Считает, что судом необоснованно отказано в проведении предварительного слушания, ему (Коробейникову) необоснованно отказывалось в принятии его апелляционных жалоб, не установлена законность происхождения положенных в обоснование вывода о его виновности доказательств.

Осужденный Коробейников указывает, что сотрудники УФСБ России по Приморскому краю оказывали давление на него и его родственников с целью получения необходимых показаний. Также он выражает несогласие с показаниями допрошенного по делу свидетеля И.

, подробно приводит свои показания, данные в судебном заседании, указывает, что судья затягивал с рассмотрением ходатайств, чем нарушил его право на защиту, ввел его в заблуждение по своему интерпретируя нормы УПК РФ, необоснованно не вернул дело прокурору, необоснованно отказал в назначении фоноскопической и лингвистической экспертиз.

В жалобе и дополнениях (именуемых в ряде случаев ходатайствами), осужденный ставит вопрос о признании недопустимыми положенных в обоснование приговора доказательств, в частности, результатов ОРМ «Наблюдение» и «Прослушивание телефонных переговоров», фонограмм, протокола опознания Ш.

протоколов допросов его (Коробейникова) в качестве подозреваемого и обвиняемого, протокола проверки показаний на месте, вещественных доказательств и носителя информации, а также иных доказательств (которые подробно перечисляются в дополнениях к апелляционной жалобе). Осужденный утверждает об отсутствии оснований для проведения в отношении него ОРМ, о фальсификации постановлений о проведении ОРМ и указывает, что отказав в вызове свидетелей, участвующих в ОРМ, суд нарушил его право на защиту. Ссылается на нарушение права на защиту и в связи с необоснованным, по его мнению, отказом суда в допуске к участию в деле наряду с адвокатом гр. М.

Государственным обвинителем принесены возражения на апелляционные жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.

Дело судом рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы.

Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.

Все доводы осужденного и его защиты о непричастности к преступлениям проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений.

Судебная коллегия, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобах и в ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой. Суд привел в приговоре мотивы, по которым он принял вышеперечисленные доказательства в качестве допустимых и достоверных и отверг доводы осужденного в свою защиту. Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела. Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу осужденного, Судебной коллегией по делу не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные сторонами ходатайства, в том числе и те, на которые осужденный указывает в апелляционной жалобе, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по этим ходатайствам решения суда достаточно мотивированы и являются правильными.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Законный и мотивированный отказ в удовлетворении ряда ходатайств не свидетельствует об обвинительном уклоне суда.

  1. Приговор вынесен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.
  2. Вывод суда о доказанности вины осужденного в содеянном основан на совокупности приведенных и проанализированных в приговоре доказательств, надлежаще оцененных судом.
  3. Доводы апелляционных жалоб о признании недопустимыми доказательствами протоколов допросов Коробейникова в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также протокола проверки показаний на месте необоснованны.

В ходе предварительного расследования подозреваемый Коробейников был обеспечен защитником. В соответствии ст. ст. 49 и 50 УПК РФ Коробейникову 6 июля 2016 года в 11:10 разъяснялись права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, а также право иметь защитника.

В протоколе разъяснения прав имеется запись, сделанная Коробейниковым о том, что он желает воспользоваться услугами адвоката по назначению, и его подпись. Защиту Коробейникова осуществляла адвокат Протас А.И., о чем свидетельствует ордер адвоката.

Защитник присутствовала при составлении протокола задержания 6 июля 2016 года, каких-либо замечаний и заявлений от Коробейникова и его защитника не поступило, о чем свидетельствует протокол задержания.

В присутствии защитника Коробейникову были разъяснены положения главы 40.1 УПК РФ. Допрос в качестве подозреваемого произведен после задержания. Перед допросом в присутствии защитника Коробейникову были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст.

46 УПК РФ, о чем в протоколе имеются подписи подозреваемого и защитника. Протокол содержит подробные показания и рукописную запись «С моих слов записано верно и мною прочитано», удостоверенную подписью Коробейникова.

Замечаний о ненадлежащей процедуре допроса, нарушении процессуальных прав либо применении незаконных методов указанный протокол не содержит.

7 июля 2016 года на защиту Коробейникова было заключено соглашение с адвокатом Ковзаном. Все протоколы допросов, допустимость которых оспаривает Коробейников, проведены и составлены с участием защитника Ковзана в соответствии с требованиями ст. ст.

164, 166, 187 и 190 УПК РФ. Протоколы подписаны всеми участниками следственных действий, никто из них не делал замечаний ни по процедуре проведения следственных действий, ни по содержанию показаний Коробейникова, изложенных в протоколах допросов.

13 июля 2016 года в присутствии защитника Ковзана Коробейникову предъявлено и разъяснено существо обвинения, после чего Коробейников в присутствии защитника был допрошен и давал показания по существу предъявленного обвинения, пояснил, что он в полном объеме подтверждает показания в качестве подозреваемого 06.

07.2016 и дополнил свои показания отдельными деталями. В последующих допросах с участием защитника Коробейников дополнял ранее данные им показания, по окончании допросов показания были прочитаны Коробейниковым, замечаний и дополнений не поступило.

Коробейников собственноручно подтверждал правильность составления протоколов, что удостоверялось его и защитника подписями. Заявлений и ходатайств о нарушении права на защиту, о ненадлежащем оказании юридической помощи адвокатами Протас и Ковзаном, Коробейниковым сделано не было.

Не содержат протоколы допроса и замечаний на действия следователя или оперативных сотрудников.

При таких обстоятельствах доводы Коробейникова о том, что протоколы допроса составлены со слов следователя или оперативных сотрудников, которые обманным путем и уговорами заставили его подписывать протокол, голословны.

Нарушений требований ст. ст. 166, 187, 190, 194 УПК РФ при проведении проверки показаний на месте и при фиксации сведений, полученных при проведении этого следственного действия, не установлено.

Ни во время проведения проверки показаний на месте, ни в момент составления протокола данного следственного действия, никто из участвующих лиц замечаний и заявлений о нарушениях при проведении проверки либо об оказании давления на Коробейникова не делал.

Сам Коробейников на несоответствие сведений, изложенных в протоколе, на оказание воздействия во время проведения проверок, ни при подписании протокола проверки показаний на месте, ни при выполнении требований ст. 217 УПК РФ не ссылался.

Проверка показаний на месте проводилась после разъяснения Коробейникову процессуальных прав.

Протокол содержит сведения, что защитник и понятые участвовали на протяжении всего следственного действия, а поэтому доводы Коробейникова об оказании воздействия на него перед или в ходе проведения проверки показаний на месте Судебная коллегия не может признать убедительными.

Доводы осужденного о применении к нему недозволенных методов ведения следствия проверены следственными органами в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ. Постановлением следователя криминалиста С. от 20 августа 2018 года отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях оперуполномоченного И.

  • Вопреки доводам адвоката в суде апелляционной инстанции, проверка была проведена полно и объективно, в ходе ее были опрошены не только оперуполномоченные, на которых указывал Коробейников, но и супруга осужденного, которая указала об отсутствии какого-либо давления на нее.
  • Суд обоснованно указал, что вопреки доводам об оказании воздействия на Коробейникова сотрудниками управления ФСБ с целью получить признательные показания при проведении предварительного расследования, Коробейников на разных его стадиях, при смене защитников, добровольно выбирал позицию по делу.
  • С момента задержания Коробейников давал показания о фактических обстоятельствах дела, в которых признавал свою вину в содеянном.
Читайте также:  Свидетельство о смерти: где и как получить, кто выдает, когда выдается, образец с печатью 2020

Однако с ноября 2017 года Коробейников стал пояснять о своей непричастности к преступлениям и воспользовался ст. 51 Конституции РФ. Данные обстоятельства, по мнению Судебной коллегии, опровергают доводы Коробейникова об оказании на него воздействия сотрудниками ФСБ, поскольку он сам избирал свою позицию по делу, давая те показания, которые считал нужным изложить.

Доводы о недопустимости протокола опознания гражданина Ш. необоснованны. Опознание Коробейниковым гражданина Ш. 13 июля 2016 года проведено с участием защитника и понятых, не содержит никаких замечаний и заявлений ни от Коробейникова, ни от его защитника и присутствующих при опознании лиц.

Ссылка на показания свидетеля Г. как на обстоятельство, подтверждающее факты оказания давления на Коробейникова в ходе «приватных» с ним бесед следователя, несостоятельна. Следователь Г. показывал лишь о том, что он беседовал с Коробейниковым и его адвокатом по поводу возможности проведения опознания гр. Ш. о каких-либо других фактах бесед с Коробейниковым данных не имеется.

Гр. Ш. был допрошен в судебном заседании с соблюдением требований уголовно-процессуального закона с разъяснением положений ст. 51 Конституции РФ. Отвод, заявленный Коробейниковым переводчику, присутствовавшему в судебном заседании во время допроса гр. Ш., разрешен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Доводы жалоб Коробейникова об исключении вещественных доказательств, в связи с отказом суда в истребовании документов с целью проверки законности ОРМ, безосновательны, поскольку указанные им основания, в силу требований ст. 75 УПК РФ не являются достаточными для признания доказательств недопустимыми.

Доводы жалоб о признании недопустимыми доказательствами протоколов осмотра, постановления о приобщении вещественных доказательств и носителя информации, проведенных на основании постановления Приморского краевого суда безосновательны.

Как видно из дела и содержания жалоб Коробейников считает их незаконными, поскольку постановление о проведении ОРМ «Наблюдение» вынесено 29 июня 2016 года, а зарегистрировано 25 июля 2016 года.

Между тем, вопреки доводам осужденного, регистрация постановления спустя 26 дней с момента его вынесения не ставит под сомнение законность его вынесения, а также законность проведенного на основании этого постановления ОРМ «Наблюдение».

Документы, подтверждающие основания проведения ОРМ «Наблюдение», были исследованы судом.

Установлено, что данные документы надлежащим образом зарегистрированы, рассекречены и позволяют сделать вывод о том, что ОРМ проводилось на основании соответствующего решения, вынесенного уполномоченным должностным лицом и в установленные постановлением сроки.

Проведение ОРМ в отношении Коробейникова либо иных лиц с нарушением ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таких данных и Судебная коллегия.

Вопреки доводам жалоб осужденного Коробейникова, отсутствие в материалах дела рапорта или распоряжения на проведение 05-6 июля 2016 года ОРМ «Обследование» не может быть признано существенным нарушением Закона «Об ОРД», поскольку проведение данных ОРМ было вызвано действиями Коробейникова, выявленными в результате ОРМ «Наблюдение», которое проводилось в отношении указанного лица. Об обстоятельствах, при которых было принято решение о проведении вышеуказанного ОРМ, показал в судебном заседании свидетель И.

Про финтифлюшки ОРД и исключение недопустимых доказательств через проявление уважения к суду

Оперативно-розыскная деятельность (ОРД) — вид деятельности, осуществляемый гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то законом, в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств (Федеральный закон от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (с изменениями от 8 декабря 2011 г.). 

Ну-с, говорил я уже, что вступил в непримиримую борьбу с чЫсторукими чЫкистами  из УСБ УВД Краснодарского Края. А там – чем дальше в лес, тем толще партизаны! Ладно, главный свидетель обвинения полностью изменил показания и стал главным свидетелем защиты. Ладно судья реально демонстрирует равенство прав и сторон в суде и одинаково относится как к защите, так и к обвинению. Случилось нечто из ряда вон выходящее!

Уж сколько копий сломано было о всевозможных положениях Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», а придется их ломать еще, еще и еще! Итак, если у Вас или Вашего доверителя вдруг, паче чаяния, среди доказательств его вины значатся результаты оперативно розыскных мероприятий, знайте исключать их из числа доказательств – одно простое наслаждение. Хотя даже самые замечательные судьи не склонны исключать недопустимые доказательства. Но ведь на то мы самые замечательные защитники, чтобы помогать судье вынести законный, обоснованный и надлежащим образом мотивированный приговор. А такой приговор, как не крути очень часто должен быть оправдательным. Главными союзниками в этом вашем общем с судьей деле – в установлении истины, как это не странно, чаще всего выступают опера, не имеющие зачастую абсолютно никакого понятия ни о Законе «Об ОРД», ни об инструкциях и правилах о применении положений данного закона, разработанных совместно ФСБ, ФСО, ФССП, МВД, МО, ФПС, ФНС и тыдыПС и тымСЫ. А ведь знай опера о том, что и указанный закон и всевозможные инструкции всегда начинаются с обещания защиты конституционных прав граждан и требуют неукоснительного соблюдения норм УПК, они б забивали голы в девятку, а не расшибали с завидным упорством свои железные лбы об штангу и бутсы вратаря.

Надо, надо в каждом оперативном учреждении УВД, ФСБ и тыдыПС и тымСЫ вместо портретов виднейших юристов современности развешивать выдержки из УПК РФ:Статья 89.

Использование в доказывании результатов ОРДВ процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом.

А у особенно продвинутых и всех начальников поголовно, даже:Статья 7. Законность при производстве по уголовному делу1. Суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий настоящему Кодексу.2.

Суд, установив в ходе производства по уголовному делу несоответствие федерального закона или иного нормативного правового акта настоящему Кодексу, принимает решение в соответствии с настоящим Кодексом.3.

Нарушение норм настоящего Кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств.4.

Определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Представьте. Проходит планерка у начальника, раздает он пинки и пряники, распределяет премии и фонды, устанавливает задачи… А потом резюмирует: «Ну что ж, товарищи офицеры! А теперь посмотрите на то, что написано на этой стене! Посмотрели?! В переводе на наш, на офицерский, это означает не можешь с.ать, не мучай.опу! Все – работаем!» Случись такой грамотный начальник у одного моего пока еще свидетеля, не морщил бы он сейчас лоб насчет того, как ему выкручиваться, отвечая на мои вопросы в День Российской Адвокатуры!

Так что совет у меня простой! Как только вам попалось дело в котором присутствуют материалы, добытые с помощью ОРМ, познакомьтесь с собственно Законом «Об ОРД»  и Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности.

Потом изучайте материалы дела и в обязательном порядке сверяйте каждое примененное техническое средство из рассекреченных материалов с тем, что рассказывает о нем Всемирная Паутина. Я в этой паутине наловил так много интересного, что задвинул несколько ходатайств об исключении недопустимых доказательств. Так как они сходные, разместил одно – самое, на мой взгляд, примечательное. Ну а так как даже самый замечательный судья не всегда может так вот сразу развалить де-юре, сшитое де-факто, белыми нитками да корявыми пальчиками оперов и следователей, дело, мне пришлось воспользоваться замечательным советом нашего гуру Ивана Николаевича Морохина – написать замечания на действия председательствующего в строгом соответствии с ч. 3 ст. 243 УПК РФ. Поглядим, что будет 31-го мая.

Ну и в качестве затравки, чтоб легче заставить себя открыть документы:

Вот такая камера наружного наблюдения — в материалах дела, если им, конечно верить Примерно такая — в реальности

А про какие говорят «свидетели»-«понятые» — просто заслушаешься!

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector