АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за июнь

Московская кассация исправила формальный подход нижестоящих судов, которые оставили без рассмотрения иск по причине несоблюдения претензионного порядка. Казенное учреждение по ремонту домов Москвы  («УКРиС») подало иск к Москоммерцбанку о взыскании 604 809 руб.

по банковской гарантии 19 июня 2017 года (дело № А40-109592/2017). Истец подтвердил соблюдение претензионного порядка требованием о выплате средств по банковской гарантии от 20 марта 2017 года. Но две инстанции решили, что его недостаточно.

Спор начинается тогда, когда гарант отказался перечислять средства. Банк сделал это лишь 4 апреля 2017 года. Кроме того, мартовский документ сам по себе не похож на претензию: в нем истец лишь потребовал выплаты денег.

Он не устанавливал срок для добровольного выполнения условий и не предупреждал, что обратится в суд в случае неисполнения требований, отметили два суда.

Они не учли задач претензионного порядка и не оценили, могли ли стороны сами разрешить спор, отметил Арбитражный суд Московского округа.

Он не нашел подтверждений, что банк намеревался урегулировать конфликт, когда получил требование или когда стал ответчиком по иску.

В таких обстоятельствах оставление иска без рассмотрения носит формальный характер, затягивает спор и ущемляет одну из сторон, гласит постановление кассации. С такими объяснениями она направила дело в Арбитражный суд города Москвы для рассмотрения по существу.

Коммерческий кредит под 3650% годовых

Проценты за пользование коммерческим кредитом надо проверять на предмет добросовестности – такие указания дал АС Московского округа в деле № А40-154885/2017. В нем «МостПС» предъявил ООО «Макдоналдс» иск о взыскании процентов за то, что заказчик поздно оплатил строительные работы.

Вместо 31 января 2014 года он перечислил 665 000 руб. лишь 10 ноября. В договоре было сказано, что в случае просрочки оплаты более 10 дней долг считается коммерческим кредитом, на который начисляется 10% в сутки.

Эта сумма не является штрафом и взыскивается независимо от обычной неустойки за просрочку оплаты, уточнялось в договоре. За девять с лишним месяцев «МостПС» насчитал 18,6 млн руб. платы за пользование коммерческим кредитом и 272 650 руб. неустойки.

Но поскольку по большей части требований истек срок исковой давности – АСГМ взыскал 5,4 млн руб. за пользование коммерческим кредитом с 21 августа по 10 ноября, а неустойку уменьшил до 136 325 руб. Апелляция оставила это решение в силе.

Но 10% в день – это 3650% годовых, возразил АС Московского округа. Нижестоящие инстанции не оценили, добросовестно ли поступил истец, который включил такое условие в договор, начислил и предъявил эти проценты ко взысканию наряду с обычной неустойкой.

Для этого надо определить, какие ставки процентов за пользование коммерческим кредитом обычно применялись в спорный период. Также следовало выяснить, какие потери понес истец от неуплаты 665 000 руб., что их пришлось компенсировать по ставке 3650% годовых.

Это предстоит сделать суду при новом рассмотрении дела.

Налоговое дело: оценивать доказательства вместе

В налоговых делах важно дать оценку всем доводам налогоплательщика – об этом АС Московского округа напомнил в деле № А40-127423/2017, где «ПО «Завод Стелла» обжаловало 288,3-миллионные доначисления налоговой службы.

Первая инстанция встала на сторону предприятия и сочла претензии ФНС недоказанными. Иного мнения оказался 9-й арбитражный апелляционный суд. Он согласился, что операции завода с контрагентами были фиктивными.

Налогоплательщик обжаловал постановление 9-го ААС в кассации, которая нашла в нем существенные противоречия.

Судя по документам, завод закупал пресс-формы, но апелляция решила, что в производстве они не были нужны. В подтверждение этого вывода она ссылалась на показания работника контрагента.

Однако налоговая проверяла деятельность за 2012–2014 годы, а контрагент сотрудничал с заводом в 2015–2016-м. Одновременно 9-й ААС оставил без внимания технологическую документацию, которая указывала на необходимость пресс-форм.

Без оценки остался и тот факт, что в 2008–2011 годах налоговая не предъявляла никаких претензий по учету таких деталей.

Практика АС Московского округа исправляет ошибки: самые интересные дела за май

Кассация обратила внимание на оценку компании ТЗО «Компком», которую налоговики считали связанной с заводом технической фирмой. Они узнали, что в двух организациях работали одни и те же работники, которые выходили в интернет с одного IP-адреса.

Истец представил ряд доказательств и доводов в свою защиту, но апелляция оставила их без оценки. В частности, завод указывал, что одни и те же люди не работали одновременно на двух предприятиях, «Компком» рассчитывался не с двумя, а с 125-ю контрагентами, имел офисы, склады и арендовал автомашины.

Кроме того, выход в интернет с одного IP-адреса еще не означает использование одного компьютера. Согласно объяснениям налогоплательщика, компании просто арендовали помещения в одном здании, но и этому 9-й ААС не дал оценки.

Окружной суд обратил внимание и на процессуальный перекос: апелляция согласилась приобщить к делу 1200 бумаг от налоговой инспекции и отказалась объявить в заседании перерыв по ходатайству «Стеллы».

«Таким образом, суд дал выборочную оценку доказательствам, каждое оценил раздельно, хотя должен был – в совокупности, как того требует ст. 71 АПК», – подытожил АС МО, направляя дело на пересмотр в Арбитражный суд города Москвы.

Кадастровая стоимость: вперед в прошлое 

ЗАО «Стройка» купило участок у администрации подмосковных Луховиц за 5,7 млн руб. Цена по договору определялась как 15% от кадастровой стоимости. В день заключения договора, 15 июля 2016 года,  она составляла 38,2 млн руб.

согласно постановлению Правительства Московской области 2012 года. Покупатель не был согласен с такой оценкой и начал процедуру оспаривания еще до заключения договора, в июне 2016-го.

Он добился успеха лишь в Московском областном суде, который в мае 2017 года снизил кадастровую стоимость земли до 32,7 млн руб., признав, что она была завышена.

Следом «Стройка» пересчитала цену купленной земли и решила взыскать с администрации разницу – 830 973 руб. неосновательного обогащения.

В деле № А41-67938/17 она ссылалась на решение Московского областного суда, который подтвердил, что кадастровая стоимость была завышена. Но АС Московской области отклонил это требование.

По его мнению, определять цену надо было на момент заключения договора: его подписали в 2016-м, а областной суд принял решение лишь в 2017-м. С этим согласилась апелляция.

Иную позицию занял АС Московского округа, который разделил точку зрения покупателя. Если заявление о пересмотре кадастровой стоимости было подано до заключения договора, а решение суда вступило в силу после – то разницу между двумя ценами можно расценить как неосновательное обогащение.

«Иначе не имел бы смысл пересмотр кадастровой стоимости, от которой зависит цена участка», – пояснила кассация. В то же время, предостерегла она, длительная возможность коррекции цены негативно повлияет на продавца. Поэтому АС МО применил п. 28 постановления Пленума ВС № 28 от 30 июня 2015 года.

Он предписывает применять установленную судом кадастровую стоимость с 1 января того года, когда подано заявление о ее пересмотре. Поскольку заявление подали в июне 2016 года – новая цена действует и для договора, заключенного в 2016 году.

С таким обоснованием АС МО удовлетворил иск «Стройки» и взыскал неосновательное обогащение.

Текущие платежи: их должно быть сложно оспорить

В деле о банкротстве «Ремонтно-эксплуатационного управления» № А40-55638/14 Евгению Кацеру, его управляющему, удалось добиться признания недействительной сделки по уплате 2,2 млн руб. текущего долга «Кировской теплоснабжающей компании».

Средства были переведены уже после возбуждения дела о банкротстве, и две инстанции сочли это незаконным. «Кировская теплоснабжающая компания» знала о конкурсном производстве и сама была конкурсным кредитором.

Несмотря на это, она приняла платеж, которым должник оказал ей предпочтение перед другими кредиторами, указали суды.

Иного мнения оказался окружной суд. По его мнению, в споре не доказаны все обстоятельства, необходимые для признания сделки недействительной. Он напомнил, что необходимо обосновать:

  • сделка совершена с нарушением очередности п. 2 ст. 134 закона о банкротстве;
  • кредитор, который получил удовлетворение, знал об этом;
  • должник после сделки лишился средств, с помощью которых он может погасить текущие платежи, имеющие приоритет перед погашенным требованием.

Но если кредитор знает о конкурсном производстве – это еще не значит, что он осведомлен о нарушении очередности погашения текущих платежей, объяснила «тройка» кассации.

К тому же применительно к вопросу осведомленности – нужно было указать дату включения «Кировской теплоснабжающей компании» в реестр кредиторов. Кроме того, в деле нет доказательств, что банкрот после спорной сделки не смог платить по другим текущим требованиям.

В судебных актах говорится, что они есть, но, по мнению АС МО, надо было остановиться на этом подробнее: отразить даты и основания долгов, упомянуть, известно ли о них кредитору.

Два суда упустили из вида и то, что доказывать наличие предпочтения должна инициативная сторона спора. Суду первой инстанции придется учесть эти замечания при новом рассмотрении спора.

Ас московского округа исправляет ошибки: пять важных дел июня

Компания вовремя подала апелляционную жалобу, но она не дошла до суда из-за проблем на стороне почты.

Арбитражный суд Московского округа исправил ошибку и признал, что заявитель имеет право на рассмотрение его жалобы.

А в другом деле окружной суд разбирался, может ли арбитражный управляющий получить многомиллионное вознаграждение за пополнение конкурсной массы, которое произошло не только благодаря ему.

Богатенький управляющий

Проценты по вознаграждению конкурсному управляющему могут быть снижены, причем не только в случаях, когда тот ненадлежащим образом исполнял свои обязанности. К такому выводу АС Московского округа пришел в рамках банкротного дела компании «Логовест» (дело № А40-239370/2015).

Иван Кузнецов, конкурсный управляющий должником, взыскал с Глобэксбанка в конкурсную массу 1,86 млрд руб. За счет этих денег были погашены требования кредиторов третьей очереди, после чего управляющий попросил АСГМ установить ему процентное вознаграждение в 54 млн руб.

Суд это заявление удовлетворил, параллельно отклонив возражения правопреемника Глобэксбанка, АКБ «Связь-Банк», о снижении размера процентов.

Апелляция дополнительно указала: суд вправе снизить размер вознаграждения арбитражного управляющего лишь в тех случаях, если он ненадлежащим образом исполнял свои обязанности.

Окружной суд признал такую позицию неверной. По мнению АС Московского округа, вопрос снижения размера процентов не поставлен в зависимость исключительно от того, надлежащим ли образом управляющий исполнял свои обязанности.

При рассмотрении возражений в части размера процентов нужно также исследовать и вопросы объема выполняемых арбитражным управляющим обязанностей и результатов проведения процедуры.

А с учетом того что заявление об оспаривании сделки, которая в конечном итоге и позволила пополнить конкурсную массу, подавал не управляющий, а конкурсный кредитор, то суд направил дело на пересмотр в АСГМ.

Упущенные документы

Передача документов, удостоверяющих право и подтверждающих его действительность, производится на основании уже совершенной сделки, напомнил АС Московского округа в споре компаний «Племзавод Родники» и «Управляющая компания «Проминвест» (дело № А41-6334/2017).

Эти две компании заключили договор цессии, но исполнить его правильно не смогли. Как выяснилось в судах, «Племзавод» не передал своему контрагенту необходимые документы, а тот не заплатил по договору. Из-за этого АСГМ решил, что раз сам «Племзавод» не исполнил своих обязательств, то он не вправе и требовать исполнения своих от «Проминвеста». Апелляция согласилась с этим подходом.

Арбитражный суд Московского округа напомнил: уклонение от передачи документов по договору цессии, удостоверяющих переданное право, само по себе не свидетельствует о том, что это право не перешло к цессионарию. Об этом прямо говорит п.

11 Тематического обзора ВАС о практике по цессии. «К новому кредитору права по общему правилу переходят в момент совершения сделки уступки права.

Читайте также:  Сколько стоит вступить в наследство в 2022 году: по завещанию и без завещания – стоимость услуг нотариуса при оформлении наследства, размер госпошлины

Передача документов, удостоверяющих право и подтверждающих его действительность, производится на основании уже совершенной сделки», – указал суд. 

  • Неисполнение обязанности по передаче документации не может выступать обстоятельством, освобождающим нового кредитора от исполнения обязанности по оплате стоимости переданного ему права требования.
  • С учетом этой позиции окружной суд отменил решения нижестоящих инстанций и принял новое решение: взыскать долг по уплате договора с «Проминвеста».
  • Неустойка от подрядчика

Дополнительные соглашения могут «сдвигать» срок передачи объекта дольщику, но они не всегда освободят подрядчика от уплаты неустойки. Этот вывод содержится в решении АС Московского округа по делу № А40-184030/2018 между Кристиной Макаровой и застройщиком «Мортон-Юг».

В апреле 2014 года стороны договорились, что «Мортон-Юг» построит офисный центр с подземной парковкой и передаст помещение контрагенту к 31 декабря 2015 года. Но в установленный срок этого не произошло, а в марте 2016 года стороны в дополнительном соглашении договорились о новом сроке – 31 декабря 2016 года. А в марте 2017 года перенесли срок еще на год.

В 2018 году Макарова уступила право требования по договору Елене Малис. Она потребовала в суде неустойку от застройщика за период с января по март 2016 года. В подтверждение своих требований она сослалась на позицию Верховного суда по делу № А40-14774/2016, согласно которой заказчик может требовать неустойку со дня просрочки до дня заключения допсоглашения.

Суды двух инстанций отказались взыскать с компании «Мортон-Юг» неустойку. Они сослались на положение допсоглашения 2017 года, по которому стороны отложили срок сдачи помещения до 31 декабря 2017 года.

Суды решили, что это соглашение охватывало и период с января по март 2016 года. АС Московского округа поправил их и принял решение в пользу истца, взыскав с ответчика 197 466 руб. неустойки и судрасходы.

Проблемы с почтой не повлекут пропуск срока

Как доказать соблюдение срока подачи апелляционной жалобы, АС Московского округа выяснил в рамках спора между организациями «Казметстрой» и «Металлосервисный центр» (дело № А41-52666/2018).

Первая инстанция 26 февраля 2019 года решила спор в пользу ответчика – «Металлосервисного центра». То есть срок апелляционного обжалования, который по нормам Арбитражного процессуального кодекса составляет один месяц, истекал 26 марта. Суд апелляционной инстанции выяснил, что жалоба была подана лишь 9 апреля, но он ошибся.

Арбитражный суд Московского округа обнаружил, что в системе «Мой арбитр» имеется копия сопроводительного письма «Казметстроя» в Арбитражный суд Московской области от 9 апреля, к которому была приложена и сама апелляционная жалоба и опись вложения.

Из копии описи следовало, что апелляционная жалоба была направлена в адрес суда первой инстанции по почте еще 23 марта 2019 года.

Кроме того, в сопроводительном письме заявитель указал, что направил апелляционную жалобу еще 23 марта, а 9 апреля он направляет жалобу повторно, поскольку, согласно почтовому идентификатору, соответствующее письмо не дошло до адресата.

  1. Апелляционный суд не исследовал эти доказательства, но теперь у него появится такая возможность, ведь АС Московского округа возвратил спор в 10-й ААС.
  2. Проблемы с подведомственностью
  3. В одном из июньских дел АС Московского округа напомнил: граждане без статуса индивидуального предпринимателя тоже могут участвовать в арбитражном процессе.

Предприниматель Петр Осипов* в 2016 году сдал в ФНС специальную декларацию в соответствии с требованиями ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках». Спустя два месяца он также представил в инспекцию уведомление об участии в иностранных организациях. А потом налоговая оштрафовала Осипова на 100 000 руб.

Оспорить решение в досудебном порядке Осипову не удалось, и он обратился в АСГМ, но там решили, что оспариваемым решением заявитель привлечен к ответственности за налоговое правонарушение как физическое лицо, а не как индивидуальный предприниматель. В связи с этим первая инстанция решила, что спор неподведомственен арбитражному суду.

Апелляция вывод поддержала (дело № А40-223422/2018).

Окружной суд напомнил: согласно ст. 27 АПК, арбитражные суды в ряде случаев могут рассматривать споры граждан, не имеющих статуса ИП. Суд указал, что приобретение доли в иностранной организации свидетельствует об экономической составляющей характера спора.

При этом апелляция пришла к выводу, что в силу норм действующего законодательства ИП не может подать уведомление об участии в иностранных организациях. Кроме того, требование налогового органа об оплате штрафа адресовано «ИП Осипову П. Л.

», а значит, налоговый орган позиционировал Осипова не как физическое лицо, а как индивидуального предпринимателя.

При таких обстоятельствах АС Московского округа решил, что суды неправомерно прекратили производство по делу, и направил спор на пересмотр в АСГМ.

Максим Вараксин

Источник:  https://pravo.ru/story/213006/?desc_tv_1=

Ас московского округа исправляет ошибки: пять важных дел июня

Компания
вовремя подала апелляционную жалобу, но она не дошла до суда из-за проблем на
стороне почты.

Арбитражный суд Московского округа исправил ошибку и признал,
что заявитель имеет право на рассмотрение его жалобы.

А в другом деле окружной
суд разбирался, может ли арбитражный управляющий получить многомиллионное
вознаграждение за пополнение конкурсной массы, которое произошло не только
благодаря ему.

Богатенький управляющий

Проценты по вознаграждению конкурсному
управляющему могут быть снижены, причем не только в случаях, когда тот
ненадлежащим образом исполнял свои обязанности. К такому выводу АС Московского
округа пришел в рамках банкротного дела компании «Логовест» (дело №
А40-239370/2015).

Иван
Кузнецов, конкурсный управляющий должником, взыскал с Глобэксбанка в конкурсную
массу 1,86 млрд руб. За счет этих денег были погашены требования кредиторов
третьей очереди, после чего управляющий попросил АСГМ установить ему процентное
вознаграждение в 54 млн руб.

Суд это заявление удовлетворил, параллельно
отклонив возражения правопреемника Глобэксбанка, АКБ «Связь-Банк», о снижении
размера процентов.

Апелляция дополнительно указала: суд вправе снизить размер
вознаграждения арбитражного управляющего лишь в тех случаях, если он
ненадлежащим образом исполнял свои обязанности.

Окружной
суд признал такую позицию неверной. По мнению АС Московского округа, вопрос
снижения размера процентов не поставлен в зависимость исключительно от того,
надлежащим ли образом управляющий исполнял свои обязанности.

При рассмотрении
возражений в части размера процентов нужно также исследовать и вопросы объема
выполняемых арбитражным управляющим обязанностей и результатов проведения
процедуры.

А с учетом того что заявление об оспаривании сделки, которая в
конечном итоге и позволила пополнить конкурсную массу, подавал не управляющий,
а конкурсный кредитор, то суд направил дело на пересмотр в АСГМ.

Упущенные документы

Передача
документов, удостоверяющих право и подтверждающих его действительность,
производится на основании уже совершенной сделки, напомнил АС Московского
округа в споре компаний «Племзавод Родники» и «Управляющая компания
«Проминвест» (дело № А41-6334/2017).

Эти две
компании заключили договор цессии, но исполнить его правильно не смогли. Как
выяснилось в судах, «Племзавод» не передал своему контрагенту необходимые
документы, а тот не заплатил по договору. Из-за этого АСГМ решил, что раз сам
«Племзавод» не исполнил своих обязательств, то он не вправе и требовать
исполнения своих от «Проминвеста». Апелляция согласилась с этим подходом.

Арбитражный
суд Московского округа напомнил: уклонение от передачи документов по договору
цессии, удостоверяющих переданное право, само по себе не свидетельствует о том,
что это право не перешло к цессионарию. Об этом прямо говорит п.

11
Тематического обзора ВАС о практике по цессии. «К новому кредитору права по
общему правилу переходят в момент совершения сделки уступки права.

Передача
документов, удостоверяющих право и подтверждающих его действительность, производится
на основании уже совершенной сделки», – указал суд.

  • Неисполнение
    обязанности по передаче документации не может выступать обстоятельством,
    освобождающим нового кредитора от исполнения обязанности по оплате стоимости
    переданного ему права требования.
  • С учетом
    этой позиции окружной суд отменил решения нижестоящих инстанций и принял новое
    решение: взыскать долг по уплате договора с «Проминвеста».
  • Неустойка от подрядчика

Дополнительные
соглашения могут «сдвигать» срок передачи объекта дольщику, но они не всегда
освободят подрядчика от уплаты неустойки. Этот вывод содержится в решении АС
Московского округа по делу № А40-184030/2018 между Кристиной Макаровой и
застройщиком «Мортон-Юг».

В апреле
2014 года стороны договорились, что «Мортон-Юг» построит офисный центр с
подземной парковкой и передаст помещение контрагенту к 31 декабря 2015 года. Но
в установленный срок этого не произошло, а в марте 2016 года стороны в
дополнительном соглашении договорились о новом сроке – 31 декабря 2016 года. А
в марте 2017 года перенесли срок еще на год.

В 2018 году Макарова уступила
право требования по договору Елене Малис. Она потребовала в суде неустойку от
застройщика за период с января по март 2016 года. В подтверждение своих
требований она сослалась на позицию Верховного суда по делу № А40-14774/2016,
согласно которой заказчик может требовать неустойку со дня просрочки до дня
заключения допсоглашения.

Суды двух
инстанций отказались взыскать с компании «Мортон-Юг» неустойку. Они сослались
на положение допсоглашения 2017 года, по которому стороны отложили срок сдачи
помещения до 31 декабря 2017 года.

Суды решили, что это соглашение охватывало и
период с января по март 2016 года. АС Московского округа поправил их и принял
решение в пользу истца, взыскав с ответчика 197 466 руб. неустойки и
судрасходы.

Проблемы с почтой не повлекут
пропуск срока

Как
доказать соблюдение срока подачи апелляционной жалобы, АС Московского округа
выяснил в рамках спора между организациями «Казметстрой» и «Металлосервисный
центр» (дело № А41-52666/2018).

Первая
инстанция 26 февраля 2019 года решила спор в пользу ответчика –
«Металлосервисного центра». То есть срок апелляционного обжалования, который по
нормам Арбитражного процессуального кодекса составляет один месяц, истекал 26
марта. Суд апелляционной инстанции выяснил, что жалоба была подана лишь 9
апреля, но он ошибся.

Арбитражный
суд Московского округа обнаружил, что в системе «Мой арбитр» имеется копия
сопроводительного письма «Казметстроя» в Арбитражный суд Московской области от
9 апреля, к которому была приложена и сама апелляционная жалоба и опись
вложения.

Из копии описи следовало, что апелляционная жалоба была направлена в
адрес суда первой инстанции по почте еще 23 марта 2019 года.

Кроме того, в
сопроводительном письме заявитель указал, что направил апелляционную жалобу еще
23 марта, а 9 апреля он направляет жалобу повторно, поскольку, согласно
почтовому идентификатору, соответствующее письмо не дошло до адресата.

  1. Апелляционный
    суд не исследовал эти доказательства, но теперь у него появится такая
    возможность, ведь АС Московского округа возвратил спор в 10-й ААС.
  2. Проблемы с подведомственностью
  3. В одном
    из июньских дел АС Московского округа напомнил: граждане без статуса
    индивидуального предпринимателя тоже могут участвовать в арбитражном процессе.

Предприниматель
Петр Осипов* в 2016 году сдал в ФНС специальную декларацию в соответствии с
требованиями ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и
счетов (вкладов) в банках». Спустя два месяца он также представил в инспекцию
уведомление об участии в иностранных организациях. А потом налоговая оштрафовала
Осипова на 100 000 руб.

Читайте также:  Банкротство пенсионного фонда (НПФ): как проходит, последствия, что будет с накоплениями

Оспорить решение в досудебном порядке Осипову не
удалось, и он обратился в АСГМ, но там решили, что оспариваемым решением
заявитель привлечен к ответственности за налоговое правонарушение как
физическое лицо, а не как индивидуальный предприниматель. В связи с этим первая
инстанция решила, что спор неподведомственен арбитражному суду.

Апелляция вывод
поддержала (дело № А40-223422/2018).

Окружной
суд напомнил: согласно ст. 27 АПК, арбитражные суды в ряде случаев могут
рассматривать споры граждан, не имеющих статуса ИП. Суд указал, что
приобретение доли в иностранной организации свидетельствует об экономической
составляющей характера спора.

При этом апелляция пришла к выводу, что в силу
норм действующего законодательства ИП не может подать уведомление об участии в
иностранных организациях. Кроме того, требование налогового органа об оплате
штрафа адресовано «ИП Осипову П. Л.

», а значит, налоговый орган позиционировал
Осипова не как физическое лицо, а как индивидуального предпринимателя.

  • При таких
    обстоятельствах АС Московского округа решил, что суды неправомерно прекратили
    производство по делу, и направил спор на пересмотр в АСГМ.
  • * – имя и фамилия изменены
    редакцией.
  • Максим
    Вараксин

Юридические услуги и консультации.
Представительство и защита в суде.

Помощь в
написании исковых заявлений, претензий, жалоб, писем и т.п. 

Почти бесплатно: стоимость услуг по эл. почте до 50%

8 (905) 703-14-15или 8 (919)
728-50-31
Ø    E Mail:    npcentr@bk.ruØ

По материалам  © КонсультантПлюс    
https://pravo.ru/story/213006/?os

Ас московского округа исправляет ошибки: пять интересных дел июля — коллегия адвокатов «лунёв и партнёры»

Как посчитать срок исковой давности для устного договора с неопределенными условиями, один из участников которого умер, решали суды в деле № А40-169343/2018.

В нем спор шел о 50 акциях московского конструкторского бюро «Корунд-М», которое собирает сложные электронные устройства. В суд обратился Владимир Бетелин, который в марте 2011 года заключил с Александром Ставицким соглашение о намерении передать ему 50% акций.

В июне 2011-го ценные бумаги зарегистрировали за Ставицким как приобретенные по договору купли-продажи. В 2016-м Ставицкий умер.

Истец утверждал, что в 2011 году после соглашения о намерениях он устно договорился со Ставицким о продаже этого количества акций, при этом они не согласовывали конкретную цену и срок оплаты. Покупку тот при жизни так и не оплатил, якобы просил отсрочку. В 2017 году Бетелин потребовал деньги у вдовы Бэллы Раевской.

Она тоже не заплатила. Поэтому Бетелин потребовал расторгнуть устный договор и вернуть акции. Цена за них, по мнению истца, должна быть рыночная, то есть 310 млн руб. по состоянию на 2018 год.

Бетелин также настаивал, что не пропустил срок исковой давности, потому что акции надо было в отсутствие установленного срока оплатить до востребования.

Арбитражный суд города Москвы не прислушался к этим доводам и отклонил требования. Он решил, что истец не доказал наличия устного договора, согласованных условий о порядке, сроках и размерах платежей за акции.

Договорные отношения по передаче акций были, но Бетелин не обосновал, что они должны были быть возмездными. Кроме того, первая инстанция указала на пропуск срока исковой давности.

В 2012 году истец уже был акционером бюро «Корунд-М», но обратился в суд только через семь лет после передачи акций.

С этим не согласился 9-й ААС, который удовлетворил иск. Он счел, что в материалах дела достаточно доказательств, что договор действительно был заключен и Бетелин его исполнял. При этом он не должен доказывать факт неоплаты, а, наоборот, ответчица обязана предъявить доказательства обратного.

Ведь она была законной супругой Ставицкого и акции находились в их общей совместной собственности, указала апелляция. Она также объяснила, почему срок исковой давности не истек. Он определяется моментом востребования – его надо отсчитывать по истечении семи дней со дня, когда кредитор потребовал исполнить обязательство (п. 2 ст. 200 и п. 2 ст. 314 ГК).

Бетелин предъявил требование в 2017-м, а иск – в 2018-м, указала коллегия под председательством Елены Ким.

Иного мнения оказался АС Московского округа. Он признал необоснованным вывод апелляции о наличии долга, ведь невозможно точно установить условия договора: конкретный порядок, сроки и размеры платежей за акции. Кроме того, тройка судей под председательством Людмилы Федуловой не согласилась с тем, что Бетелин успел подать иск.

«Поскольку невозможно однозначно установить, что устный договор не предусматривал срока его исполнения, у сторон возникла правовая определенность по оплате акций в 2011 году, когда они перешли к Ставицкому», – указала кассация.

С учетом того, что с тех пор истец шесть лет ничего не предпринимал для взыскания задолженности, АС МО согласился с выводом первой инстанции о том, что срок исковой давности истек. Ее решение осталось в силе, Бетелину в иске отказали.

Право без корреспондирующей обязанности

Если в законе не указана обязанность Пенсионного фонда (ПФР) произвести перерасчет страховых взносов, то это еще не значит, что заявитель не может потребовать такого перерасчета, указал АС Московского округа в деле № А40-145066/2018.

В нем ИП Ольга Соколова обжаловала решение ПФР, который отказался пересчитать страховые взносы за 2015 год, и требовала обязать это сделать.

Она указывала, что применяла упрощенную систему налогообложения (доходы минус расходы), но ей насчитали страховые взносы только от суммы дохода.

Но две инстанции отказали Соколовой, потому что решили, что она выбрала неправильный способ защиты. Она могла подать заявление о возврате излишне уплаченных взносов, но не сделала этого. Вместо этого истица потребовала перерасчета, но в законе такой обязанности нет.

АС Московского округа нашел это толкование ошибочным. Он напомнил, что Пенсионный фонд обязан контролировать, правильно ли уплачиваются страховые взносы, поэтому заявленные требования пересчитать (а не вернуть) страховые взносы вполне оправданные.

По мнению АС МО, если в законе прямо не указана такая обязанность, заявитель все еще может требовать перерасчет. Это поможет восстановить права заявителя, потому что будет основанием для последующего возврата (зачета) суммы переплаты.

Окружной суд указал на практику в московском округе, где поддерживается этот подход. С такими указаниями дело направилось на пересмотр.

Аренда не от собственника

Должен ли арендатор платить за недвижимость, если муниципальный арендодатель не имел права ею распоряжаться, решали суды в деле № А40-281146/2018. В суд обратилась администрация Балашихи, которая взыскивала 3,1 млн руб. долгов с компании «АкадемСтрой». В 2010 году она арендовала у города землю на 49 лет.

Но в октябре 2018 года суд установил, что участок является частью национального парка «Лосиный остров», то есть федеральной собственностью в силу закона (№ А41-34466/18). Право постоянного (бессрочного) пользования было зарегистрировано в 2003 году. Поэтому «АкадемСтрой» не перевел очередной платеж за III квартал 2018 года.

Эту сумму с него и взыскивала администрация Балашихи.

АСГМ отказал ей в иске, потому что она не имела права распоряжаться земельным участком, который изъят из оборота. С этим согласился 9-й ААС.

Он добавил, что решение о принадлежности участка уже успело вступить в законную силу, когда муниципалы обратились с иском о взыскании задолженности. Поэтому апелляция решила не применять разъяснения из п. 12 «арендного» Постановления Пленума ВАС от 17 ноября 2011 года № 73.

В частности, в нем говорится, что арендатор, который пользовался имуществом и не заплатил, не может возражать, что объект принадлежит кому-то еще.

АС МО отменил акты нижестоящих инстанций и напомнил о принципе платности использования земли (пп. 7 п. 1 ст. 1 Земельного кодекса). Есть ли у арендодателя права на арендованное имущество или нет – это не влияет на обязанность арендатора заплатить за пользование, следует из п. 12 Постановления Пленума ВАС № 73.

Как напомнил окружной суд, нижестоящие инстанции оставили без внимания довод администрации, что неприменение п. 12 постановления Пленума нарушит принцип платности землепользования. А значит, арендатора необоснованно освободили от оплаты за период, когда стороны еще не знали, что администрация не может распоряжаться земельным участком.

С такими указаниями дело отправилось на пересмотр в АСГМ.

Передумали

В апреле 2018-го ООО «Чистый город» победило в открытом конкурсе на управление шестью многоквартирными домами в подмосковной Немчиновке. Чтобы заключить договор, компания подготовила документы. Правда, части бумаг у нее не было.

Она в судебном порядке истребовала их у предыдущей управляющей компании. Но «Теплоэнергосервис» отказался заключать с ней договоры именно по причине неполного комплекта документов и сообщил, что оформил правоотношения с другой компанией.

«Чистый город» решил добиться своего в судебном деле № А40-157214/18. Но суд признал правоту «Теплоэнергосервиса». Он указал, что п.

6 и 7 Постановления Правительства от 14 февраля 2012 № 124 «О правилах, обязательных при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами» предусматривают обязательный перечень документов при направлении заявки на договор ресурсоснабжения.

«Довод, что часть бумаг истребуется в судебном порядке, не имеет правового значения, потому что не порождает обязанности ответчика заключить договор при нарушении правил», – указал судья АСГМ Андрей Алексеев. С ним согласилась апелляция.

АС МО оценил их решения критически и напомнил, что задача суда – обеспечить защиту прав лица, которое требует понудить другую сторону заключить сделку.

Документы, согласно списку, позволяют ресурсоснабжающей организации подготовить проект договора. Но само по себе их отсутствие – это еще не повод отказать.

Согласно общему правилу, рассмотрение заявки лишь приостанавливается до того, как управляющая компания не передаст недостающие документы (п. 14 Правил № 124).

Пункт, где перечисляются необходимые документы, нельзя трактовать таким образом, чтобы позволять одной из сторон уклоняться от заключения договора по признакам формального несоответствия предоставленных сведений или их недостаточности, если у нее есть такие сведения или она может их получить самостоятельно, указала коллегия под председательством Елены Ворониной (такую позицию сформулировала экономколлегия Верховного суда в 2017 году по делу № А41-39674/2016).

Как говорится в постановлении кассации, нижестоящие суды оставили без внимания довод истца, что договоры раньше заключались с предыдущей управляющей компанией, у которой были все нужные документы. А значит, они и так должны были быть у «Теплоэнергосервиса». Чтобы АСГМ разобрался в этих обстоятельствах, АС МО направил дело на новое рассмотрение.

Главный бухгалтер признал долг

В деле № А40-292067/2018 суды определяли, когда главный бухгалтер может от имени юридического лица подтвердить наличие долга в пользу контрагента. В нем «ИнжКапСтрой» взыскивал 837 500 руб.

задолженности по оплате подрядных работ с заказчика «Моспромстройинжиниринг». Но две инстанции отказали в требовании по ряду причин. Одна из них – задолженность ответчика перед истцом по оплате коммунальных услуг и других платежей.

Ее признала главный бухгалтер «ИнжКапСтроя» в электронном письме. Суды сочли, что главный бухгалтер является уполномоченным лицом и может совершать юридически значимые действия по признанию долга от имени юридического лица.

Вместе с актом сверки, который направил ответчик, этого хватило для зачета встречных однородных требований. К такому выводу пришли две инстанции.

Однако, по мнению АС МО, все не так однозначно. Чтобы ответить на вопрос, вправе ли главный бухгалтер признавать долг от имени юрлица, нужно было изучить положение о главном бухгалтере, внутреннюю документацию о том, как распределяются его функциональные обязанности.

Читайте также:  Как признать недействительным брачный договор?

Коллегия окружного суда под председательством Елены Филиной не нашла в судебных актах и материалах дела таких сведений. «Суды не исследовали полномочий лица на признание такого долга и, как следствие, не исследовали основания возникновения и наличия такой задолженности», – написано в постановлении.

С такими указаниями дело направилось на новое рассмотрение.

Источник: https://pravo.ru/story/213828/?desc_search=

Ас московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за июль

АС Московского округа (АС МО) отправил на новое рассмотрение иск космодрома «Восточный» к «Спецстрою» на 2 млрд руб., в рамках которого истец пытается взыскать долг по госконтракту.

Первая инстанция и апелляция в удовлетворении иска отказали — истец не содействовал ответчику в выполнении контрактных работ, а значит и неустойки требовать не может, решили они. В АС МО объяснили, почему такой подход — ошибочный.

Этот и другие споры – в традиционной ежемесячной подборке практики московской кассации.

Строительство космодрома: помощь не обязательна

ФКУ «Дирекция космодрома «Восточный» предъявило иск к «Спецстройтехнологиям» при Спецстрое России еще в августе 2016 года (дело № А40-178114/2016) (см. «Космодром «Восточный» взыскивает со «Спецстройтехнологий» 1 млрд руб.»). Оно пыталось взыскать долг по контракту от 2014 года.

Работы на строящемся космодроме подрядчик должен был закончить до конца ноября 2015 года, но, как указал истец, в срок работу не выполнили из-за опоздания с началом строительства и малого числа рабочих. По версии ответчика, стороны согласовали перенос окончания работ.

Подрядчик также обратил внимание на то, что в задержках истец виноват сам, поскольку позже, чем следовало, предоставил документацию по строительству, а также неоднократно вносил в нее изменения. Изначально от ответчика, «Спецстройтехнологий», требовали 1,04 млрд руб.

, но из-за растущей неустойки сумма выросла почти до 2 млрд.

АСГМ отказался удовлетворить иск, указав, что дирекция «Восточного» не содействовала Спецстрою в выполнении работ — предоставила документы по строительству позже условленного срока и не раз вносила внее правки, а срок контракта истец продлил в одностороннем порядке, без соблюдения правил постановления Правительства 6 марта 2015 года № 198. Суд пришел к выводу, что неустойку при таком положении дел требовать нельзя (см. «Суд отказался взыскать со Спецстроя 2 млрд руб. по иску космодрома «Восточный»). С таким выводом согласилась и апелляция — 9-й ААС (см. «Апелляция поддержала отказ во взыскании со Спецстроя 2 млрд руб. по иску космодрома «Восточный»).

АС МО отменил решения нижестоящих судов, аргументировав это тем, что стороны не применили правила, установленные постановлением правительства 6 марта 2015 года № 198.

Они позволяют изменять срок исполнения контракта только в случае, если без этого реализовать его условия невозможно в принципе, и от сторон эти обстоятельства не зависят.

Что за условия были в этом случае — суды не установили, поэтому вывод об изменении сроков контракта преждевременный. С таким выводом кассация отправила дело на новое рассмотрение в АСГМ.

Неучтённое налогом не облагается

АС МО рассмотрел спор между ФНС и «Кубаньэнерго», которая занимается транспортировкой электроэнергии (дело № А40-13192/2016). Налоговая провела выездную налоговую проверку компании и доначислила ей налог на прибыль — 73,2 млн руб., 11,5 млн руб. пени и 11 млн руб. штрафа.

Как следует из решения налогового органа, ПАО «Кубаньэнерго» занизила доходы на стоимость фактически переданной, но не учтенной электроэнергии, на сумму 105,2 млн руб. Это и привело к завышению убытков по налогу на прибыль. Суд первой инстанции и апелляция отказались удовлетворять требования компании.

Суд первой инстанции решил, что доходы были занижены необоснованно. Стоимость неучтенной энергии надо было включить в налоговую базу по НДС, решил суд. Апелляция также согласилась с выводом о том, что оплата электроэнергии по бездоговорному потреблению признается облагаемой НДС операцией и сослались на пп.1 п 1 ст.

146 НК.

В кассации с нижестоящими судам не согласились и указали, что если имущество выбыло в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика, объекта налогообложения по НДС не возникает.

Другими словами, если объекты электросетевого хозяйства подключаются к сети без договора, то для поставщика электроэнергии это не считается реализацией. При этом для потребителя речь будет идти о неосновательном обогащении (ст.

1102 ГК), которое сетевая организация как потерпевшая сторона имеет право взыскать с приобретателя.

«Взыскание сетевой организацией в ее пользу стоимости бездоговорного потребления, по сути, является возмещением реального ущерба, но не взысканием задолженности за переданную электроэнергию», — обратил внимание АС МО. Кассация отменила судебные акты по делу и отправила дело на новое рассмотрение.

Приемлемые ограничения для госзакупок

АС МО разобрался и в том, какие ограничения законно вводить для участников конкурса на проект (дело № А40-204433/2016).

Министерство строительства и дорожного хозяйства Астраханской области объявило конкурс на право заключить концессионное соглашение на проектирование, создание и эксплуатацию системы видеоконтроля и фотовидеофиксации нарушений ПДД.

ФАС обнаружила в конкурсе нарушения закона о концессиях. Антимонопольщиков не устроили требования к участникам конкурса.

В частности, условие об отсутствии у претендентов негативных изменений финансового положения за последние три финансовых года, в том числе наличия просроченной кредиторской задолженности, которая может привести к банкротству; подтверждение опыта финансирования создания комплексных систем, аналогичных той, которую заказали в Астраханской области.

Заказчик обратился в суд, указав, что в ФАС не учли положения п. 3 ч. 1 ст. 23 Закона о концессиях и судебное толкование положений данного пункта. Там содержится открытый перечень требований, которые можно предъявить к участнику конкурса.

Судебная практика, в свою очередь, свидетельствует, что финансовая состоятельность дает представление о квалификации, профессиональных и деловых качествах претендента, а это законодатель напрямую разрешает — как и другие указанные в конкурсной документации ограничения.

Суды отказались удовлетворить требования Министерства и сослались на то, что возможность исполнить обязательства по концессионному соглашению подтверждается на этапе его заключения с победителем конкурса, когда он и предоставляет фингарантии.

Прошлый опыт финансирования аналогичных проектов и вовсе не важен, решили суды — ведь экономическая ситуация очень быстро меняется, и прошлые удачи ни о чем не говорят. Само по себе изменение финансового положения претендента за последние три финансовых года не подтверждает его профессионализм или возможность исполнить контракт, решили суды.

Кроме того, даже если третьи лица требуют от участника конкурса погасить перед ними долги — еще не факт, что суд подтвердит обоснованность таких долгов.

Однако АС МО с этим не согласился. Действующее законодательство не содержит исчерпывающего перечня требований, предъявляемых к участникам конкурса, поэтому организатор торгов может сам определять критерии допуска к участию в конкурсе, указали в кассации.

Он вполне может потребовать от участников иметь определенный опыт работы и подтвердить свое стабильное положение, решил АС МО. Цель таких требований — выявить риск неисполнения концессионного соглашения на более ранних этапах, и это не противоречит закону о концессиях.

Кассация отменила решения нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение в первую инстанцию — АСГМ.

Проблемы должника для кредитора — не проблемы

АС МО разрешил и немало споров, связанных с возможностью исполнения третейских соглашений. Один из них — дело ООО «Мицар» (дело №А40-240018/2016). Компания добивалась исполнения решения третейского суда, по которому в ее пользу с ООО «Алида» взыскивали задолженность в размере 31,5 млн руб. по договору займа.

«Мицар» взыскивал деньги на основании договора цессии — уступки прав требования. Третейский суд по финансовым спорам при Ассоциации «МАСКОМФИН» обязал должника вернуть задолженность и оплатить третейский сбор — 200 000 руб. Однако компания решения не исполнила.

Тогда «Мицар» отправился в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа.

Первые две инстанции добиться возврата средств не помогли: в удовлетворении требований суд отказал. Первая инстанция обратила внимание на то, что компания сдавала в налоговую нулевую отчетность.

То есть налоговые данные не подтверждают, что фирма вела деятельность, когда заключался и исполнялся договор займа и третейский суд выносил решение.

При таких условиях требования удовлетворить нельзя, заключил суд.

В кассации с таким подходом не согласились.

То, что компания подала нулевую отчетность в налоговую, когда дело рассматривалось в третейском суде, по закону не может привести к отказу в выдаче исполлиста на решение третейского суда, говорится в кассационном постановлении АС МО.

Суд обратил внимание: проблемы должника в сфере налогообложения и в отношениях с госорганами не влияют на гражданско-правовые отношения с его контрагентами. А его кредиторы не должны нести негативные последствия из-за того, что должник нарушил налоговое законодательство.

ЗАГСы обязали помогать арбитражным управляющим

АС МО определился и с тем, обязан ли ЗАГС по запросу предоставлять требуемые документы арбитражному управляющему (дело № А40-196374/2016). В ходе процедуры банкротства арбитражный управляющий запросил у Замоскворецкого ЗАГСа сведения о наличии браков, детей, об изменении имен, фамилий, отчеств,и другой известной информации о лицах, банкротством которых он занимался.

Там предоставить сведения ему отказались. Отказ сопровождался ссылкой на п. 9 ст. 213.9 Закона о банкротстве, где указано, что гражданин обязан сам предоставить управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств и другие сведения в течение пятнадцати дней с даты требования.

Когда и жалоба начальнику ЗАГСа не помогла добыть сведения, управляющий обратился в арбитраж, требуя признать действия ЗАГСа незаконными. Две инстанции иск не удовлетворили, сославшись на то, что для начала следовало направить в арбитраж ходатайство об истребовании доказательств, потом — получить от суда запросы с правом получения ответов на руки.

А раз сделано этого не было, отказ ЗАГСа представить документы закон не нарушает.

Но в АС МО такой подход признали ошибочным. Согласно п.1 ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике и его имуществе у физических и юридических лиц, госорганов и органов местного самоуправления.

Запрашивая данные, он действует на основании судебного акта о введении процедуры банкротства, указал АС МО, и ЗАГС обязан предоставить требуемые сведения, что указано в п.3 ст.12 Закона об актах гражданского состояния и п.1 ст. 20.3 Закона о банкротстве. П. 9 ст. 213.

9 Закона о банкротстве, на который ссылались нижестоящие инстанции, применен неверно: возможность действовать через арбитраж у управляющего действительно есть, но это не мешает ему запросить необходимые сведения у иных лиц на основании п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве.

И эти сведения должны быть ему предоставлены, подытожил АС МО, отправляя дело на пересмотр в АСГМ.

  • АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за июнь
  • АС Московского округа исправляет ошибки: самые интересные дела за май
  • АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за апрель
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector